предыдущая оглавление следующая

1.16 Открытое заявление члена редакции свободного московского журнала "Поиски" В.Сокирко.

Потеряв надежду на достижение согласованного общего решения о прекращении или приостановке выпуска журнала, я выхожу из состава редакции с 28.12.1979г.

Оставляя на будущее достаточно полное объяснение обстоятельств и причин этого решения, сегодня я констатирую следующее:

1. Преследование нас Мосгорпрокуратурой в 1979г. сделало невозможной открытую легальную работу редакции и резко ухудшило качество, снизило ответственность – ведь невозможно ни обсудить, ни даже прочитать многие материалы до выпуска журнала. Вынужденная конспирация, созданная вокруг нас атмосфера страха фактически сделали невозможным выполнение главной задачи журнала – развертывание общественных дискуссий и поиски взаимопонимания, парализовали работу, сводя ее лишь к заявлениям в самозащиту. Из дискуссионного журнала мы превратились в группу лиц, находящихся фактически под следствием и отстаивающих свои права на бесцензурное издание.

Сознавая общественное значение и благородство такой позиции бесстрашного противостояния, я не могу ее сегодня разделить ни по своим склонностям и характеру, ни по убеждениям и судьбе. Упрек же в том, что своим выходом я утяжеляю участь противостояния остальным членам этой группы – неоснователен, ибо сознательно противостояние я никогда не избирал. Сейчас ходом событий оно мне навязано и потому я от него отказываюсь.

2. Решение о вступлении в редакцию "Поисков" каждый из нас принимал в индивидуальном порядке. Убежден, что решение о выходе каждый должен принимать не менее ответственно, индивидуально.

Так, я знаю о раздумьях В.Абрамкина, знаю, что перед арестом он принял решение о приостановке выпуска журнала перед авторами в последних №6-8 журнала. Он сам не успел осуществить это решение. Мы виноваты, что не помогли ему в этом достаточно энергично – ведь угроза ареста висела прежде всего над ним. Сегодня каждый из нас должен принять такое решение. Успеть его принять. Осознанно выбрать свою судьбу согласно своим внутренним убеждениям. Это необходимо. Я убежден, что сегодня редакция неработоспособна и должна или самораспуститься, или быть реорганизованной на совершенно новой основе и иных принципах. Но это уже не будет журнал "Поиски", а что-то иное. Для меня же продолжение редакционной работы в условиях объявленного Мосгорпрокуратурой уголовного следствия невозможно.

3. Мне кажутся бессмысленными надежды на соглашение с Мосгорпрокуратурой о прекращении журнала, если освободят В.Абрамкина. На деле Мосгорпрокуратура ни в какие соглашения вступать не будет (чего бы ни заливал следователь), а требует лишь "покаяния в преступной деятельности". Решение о приостановке журнала для В.Абрамкина (или о выходе – для меня) – также принципиально и не зависит от личного ареста или освобождения.

Сегодня возможна только принципиально открытая и потому в практическом смысле безнадежная защита В.Абрамкина. Принципиальная правота и принципиальный отказ от ставшего фактически нелегальным журнала "Поиски" должны быть столь же принципиально разделены. Это же и облегчит судьбу Валерия.

4. Принимая решение о выходе, я отнюдь не снимаю с себя ответственности за подготовленные с моим участием номера журнала и подтверждаю сказанное в июле 1979 года и заявленное мною совместно с В.Абрамкиным и В.Сорокиным после ареста Т.М.Великановой (см. документ 8)

В моей позиции нет противоречия: открытая борьба с нарушением прав человека только защищает жизнь Самиздата, только обеспечивает условия для его разворачивания, свободных дискуссий, потому посильная поддержка ей необходима. Однако втягивание самиздателей в безудержное противостояние властям лишает их сил к положительной работе, ведет к изоляции и свертыванию самих поисков, оказывается выгодным лишь нашим преследователям.

5. Вместе с тем я подтверждаю свою принципиальную послушность не только действующим законам, но и нынешним властям, свое желание помогать их правильным действиям, свою готовность к пониманию, к диалогу, даже к компромиссу и выполнению внезаконных требований – но, конечно, в морально приемлемых рамках. Такие же требования следователей, как например, "не писать больше ничего такого" – равносильны духовному самоубийству и могут быть приняты лишь в минуты слабости, лишь самообманом.

Поэтому, несмотря на свою принципиальную лояльность я в любой момент готов к аресту как автор и читатель самиздата, как человек, обеспокоенный не только своей работой и семьей, но и судьбами Родины. Именно за это я готов отвечать перед любым судом – правым и неправым.

6. Считаю, что дальнейшее промедление в принятии решения каждым из нас – невозможно, поэтому данное заявление считаю окончательным и обратно его не возьму. Но вместе с тем я готов подписать любое общее или совместное с кем-либо из членов редакции заявление о судьбе и оценках работы "Поисков", если они не будут расходиться в важных пунктах с моими воззрениями”.

Однако Вите не пришлось даже показывать эти проекты заявлений. Гершуни и Гримм согласились с текстом общего заявления, одобренного Р.Б.Лерт, после чего согласился с ним и Егидес, который еще раньше говорил, что поскольку он уезжает, то считает невозможным возражать против воли большинства.


предыдущая оглавление следующая
Лицензия Creative Commons
Все материалы сайта sokirko.info доступны по лицензии Creative Commons «Attribution» («Атрибуция») 4.0 Всемирная.