; ЗЭС N6: К.Б. "Метод М.Я.Макаренко" (письма в сокращении)
предыдущая оглавление следующая

В защиту экономических свобод.            Выпуск 6

Раздел VI. Право и судебные преследования.

К.Б. "Метод М.Я.Макаренко" (письма в сокращении)

Это - самиздатская книга, а может, еще и не книга, а материал, достойный стать книгой – 120 машинописных страниц-копий 40 писем, выбранных из тех 600, которые написал и разослал по различным официальным и полуофициальным адресам (например, на дом депутатам Верховного Совета или иным "деятелям") – Михаил Янович Макаренко - "с 1969 по 1977 гг.. узник советских лагерей и тюрем для политзаключенных", "особо опасный государственный преступник Советского Союза", а также "искусствовед" и "юрист" (подчеркнуто содержание тех штемпелей, которыми М.Я.Макаренко пользовался, подписывая свои "исходящие письма"). Чрезвычайно интересная и поучительная книга – и не столько содержащимися в них ''разоблачениями", сколько личностью автора, его судьбой и его методом борьбы за права человека.

В сборнике (издан за рубежом) - "Аполлон-77" в разделе "Пропагандисты русского авангарда" приводятся следующие сведения о М.Я.Макаренко:

"Родившись в 1931 году, он еще мальчиком убежал из дома и одиннадцатилетним (!) подростком был взят на фронт. Бегал из детдомов и училищ, перенес послевоенные голод и эпидемии, был безработным и лишался гражданства, а позднее лишался родительских прав. Работал поваром и маляром, реставратором мебели и живописи, декоратором и кочегаром. Будучи неисправимым идеалистом, он в 1962г. выступал с инициативой создать первый в мире научно-исследовательских институт по проблемам мирного сосуществования. За свои благородные и конструктивные предложения в этом аспекте он поплатился опасной репутацией, чередой арестов (10 раз), выселений (4 раза), принудительным психолечениям (4 раза). Нет такой формы дискриминации и шантажа, которым бы не подвергся создатель первой в стране негосударственной галереи (Новосибирский Академгородок). Этот музей живописи советского периода должен был показать, что за полвека наше изобразительное искусство совершило гигантский скачок, ставший питательной почвой для многих направлений мировой живописи. За три года в галерее с успехом прошло 16 выставок, в том числе персональные: Р.Фалька, П.Филонова, М.Шемякина, Лисицкого; были созданы 3 клуба, народный театр и детская художественная школа, выпускались каталоги, проспекты, афиши. Три долгих года неустанной, неравной борьбы с …троглодитами всех чинов и мастей.

Конечно, замысел Макаренко соединить распавшуюся связь времен, "извести из темниц" целые направления русской авангардной классики и его плодотворная деятельность в этом направлении были расценены властями, как "идеологическая диверсия". И вот закономерный результат: 8 лет заключения с конфискацией имущества и пожизненной контрибуцией за несовершенные уголовные (?!) преступления".

Его деятельная натура не позволила сидеть, сложа руки, даже в тюрьме. В тюрьме есть право на подачу жалоб, и он использует это право в полной мере. Так в письме от 15 мая 1978г. "депутату и балерине" Ирине Колпаковой, он сообщает, что

"В заключении я упорно исследовал деяния госбезопасности и их карательную методу. Она осталась столь же примитивно подла, как и 20, и 40 лет тому назад. Просто бумаги стали исписывать больше, вот и все. Так, например, дело Юрия Махуна состоит из 15 томов, по 300-500 листов каждый. Это около 10 тысяч страниц протоколов, экспертиз, постановлений суда и прокуратуры и т.п.

Даже будучи в строгой изоляции во Владимирской тюрьме, мне удалось восстановить весь судебно-следовательский процесс и доказать, что все дело Юрия сфабриковано органами госбезопасности от начала до конца с одной только целью: выполнить план по шпионам.

Да, да! Оказалось, что у КГБ и в наши дни есть план, как и в любой керосиновой лавке! …Выяснилось, что существует "Большой" и "Малый" прейскуранты для обслуживания граждан, которые намечены госбезопасностью кандидатами в "Шпионы".

Так, гражданин СССР, или иное лицо, соглашающееся не глядя подписывать любые многотомные выдумки госбезопасности и "признающиеся" в том, что никогда не имело места на самом деле, оформляются следствием по "Малому" прейскуранту. Такие покладистые "шпионы" получают не более 5 лет тюрьмы, им гарантируются изобилие еды, а также легкая работа – в хозобслуге тюрьмы. Такого рода "шпионами", например, кишит тюрьма в Алма-Ате, по словам Юры Махуна. Он не согласился с "Малым" прейскурантом, отказался подписать или признать за достоверные показания многочисленных свидетелей, экспертов, призвать свою виновность и был оформлен следствием по "Большому" прейскуранту. Ему выписали 15 лет строгача, из них 5 лет тюремного режима во Владимирке – где мы и встретились…(далее – описание наиболее невероятных обвинений).

…Написанная мною Юре жалоба по делу – из тюрьмы г.Владимира попала не только в соворганы, но и на Запад. Пришлось отменить его приговор, и Юра не досидел более 12 лет, став восьмым з/к, приговор которого был отменен по моим жалобам на деяния КГБ. Но он вполне мог бы и не оказаться со мною в одной камере… А Степан Гринин, например, отсидел 20 из 25 лет, пока мы встретились, в результате чего он не досидел одну пятилетку…"

Все "описания" М.Я.Макаренко выглядят настолько чудовищно, что им поначалу просто не веришь, мол, присочиняет человек. Но учитывая, что перед нами и открытые письма по официальным адресам, и что за эти письма их автор не был привлечен по обвинениям в клевете или, по крайней мере, в ложных измышлениях, порочащих…, - приходится этим рассказам верить.

За 2 годы тюрьмы – 400 жалоб и 8 освобождений! По-моему, это чрезвычайно высокая степень эффективности общественной защиты. Даже в сравнении с традиционными протестами диссидентского правозащитного движения. Это заставляет присмотреться к опыту общественной самозащиты, примененной М.Я.Макаренко, более внимательно.

Понятно, что и выйдя на свободу, Макаренко продолжал использовать найденную им форму деятельности и пишет, пишет, пишет… …государственным деятелям самого разного рода и ранга, интуитивно (наверное) используя все различия между ними и противоречия.

Сначала о старом: о безобразиях и злоупотреблениях в тюрьмах, в которых бывал сам. Этим он как бы доделывал начатую там работу разоблачения и призывал к искоренению сегодняшних злоупотреблений. А в письме кандидату в члены ЦК КПСС Зинаиде Кругловой, вскрывает даже экономическую подоплеку современных тюрем: система "Спальня-Сортир-Столовая-Работа".

"Вот как она выглядит, родимая:

- Камера ж, площадью 12 м2 имеет койки в 2 яруса для пяти з/к при гос.норме – 4 койки на такую площадь. Одну койку освобождают– и приводят жилую площадь камеры в полное соответствий с ИТК PСФСР: Помимо сортира, который установлен непосредственно в камере, каждому з/к остается положенная ему жилплощадь – 2,5 м2. Но затем на эту его жилплощадь, помимо койки устанавливается станок для металлообработки, либо пресс. Но не более чем по одному станку на одну койку, а всего 4 станка или пресса (- на каждый из которых норма площади установлена профсоюзами в 4 м2). Таким образом, на каждые 2,5 м2 не вентилируемой камерной площади без дневного света умещается и одно койко-место, и один станок, не считая ящиков с сырьем и готовыми изделиями, которые приходится держать прямо на койках… Достигнута чистая экономия производственных мощностей – по 4 м2 от каждого койко-места.

Затем вводится ненормированный раб.день и семидневная раб.неделя: станки ежедневно (кроме Нового года, 1 мая, 7-8 ноября и даже Дня Конституции) включаются с 6-ти часов утра и отключаются только в 22 часа в связи с отбоем в тюрьме. Сперва их не отключали круглосуточно, но по жалобам работающих в несколько смен з/к с других этажей раб.день ограничили всего 16 часами с 6-ти до 22 час. Правда, чтобы сделать установленную норму выработки – многим и 16 часов не хватает… Но зато каждый из трудоустроенных таким новаторским способом, облегчается от необходимости "выходить на работу" и вообще хоть как-то двигаться.

Поточная линия "СССР" – полностью охватывает все его жизненные интересы и создает образцовый вариант жизнеустройства отдельной личности и ее ускоренной утилизации в эпоху зрелого социализма. Человек оказывается поневоле за своим станком с того момента как он просыпается, и он может работать по 16 часов, ни на что не отвлекаясь. Ибо пища подается через кормушку, устроенную в дверях камеры, по три раза в день из расчета – по 13 коп. (тринадцать) за каждую кормодачу. Цена любого завтрака, обеда или ужина работающего добросовестно з/к, по мнению советских диетологов от МВД – не может, в среднем, превышать стоимости в тринадцать копеек, которые удерживаются из его заработка. Здесь же рядышком – не далее одного шага от обеденного стола, отхожее место для отправления естественных надобностей. Таким образом, цикл замкнут. Поточная линия: спальня, столовая, сортир, работа – действует…

Правда, несогласные быть притороченными к станку и громкоговорителю круглосуточно – переводятся на другой, еще более диетический вид питания - в карцер, где пища выдается через день, но уже из расчета по 8 коп. за "суткодачу" (терминология МВД СССР), т.е. цена каждого приема пищи доводится в среднем до 2,7 копеек. Зато согласные подвергаться этому образцовому варианту жизнеустройства получают на 100 гр. черного хлеба больше, чем не работающие з/к. 100гр.хлеба – вот та разница, которая толкает личность к станку на 16 часов в сутки. И только-то…

Но и заполучив таким вот образом 100 гр.надбавку, они все равно недовольны: система имеет один изъян – совсем уж и ими нестерпимый – и сырье, и готовая продукция очень пахнут, и они просят только об одном: всего лишь разрешения хотя бы на ночь выносить из камер в коридор ящики с сырьем и готовыми изделиями. Но это как раз и не предусмотрено. Точнее, именно это и предусмотрено изобретателями. Но очень тяжело переносится з/к. Об этих повседневных буднях трудового коллектива Владимирской тюрьмы идут сообщения в советские и партийные органы, в редакции газет и журналов, как от самих подопытных, так и от свидетелей системы "унитаз+человек+станок".

Я, например, за 2 года написал (об этом только) около 400 жалоб. Около четырехсот, Вы понимаете? – Разумеется, бесполезно, что не помешает мне написать и шестисотую, и восьмисотую…"

А вот еще одно обращение, по поводу порядков уже в другой тюрьме – в г.Ленинграде, в письме вышеупомянутой балерине-депутату Колпаковой:

"Я продолжаю настаивать на том, чтобы Вы отвлеклись от плясок и исполнили свои депутатские обязанности…

Прошло полгода с тех пор, как я сообщил Вам прямо на дом, чтобы Вы не смогли впоследствии от этого отпереться, о том, что узники тюрьмы по ул.Бакунина 10А – запрятанной между детсадом, школой-интернатом и простой начальной школой, спят на грязных, заселенных тараканами нарах, на голых досках, т.к. постели решено им не выдавать по соображениям экономии. Продолжаю требовать, чтобы условия содержания в этой тюрьме были приведены в полное соответствие с "положением о предварительном заключении"…

Больные, в т.ч. кровохаркающие туберкулезники, содержатся вместе со здоровыми и не получают ни лечения, ни питания, им положенного. Мужчины, женщины и старики получают еду только один раз в сутки вместо трех раз. А ведь советские диетологи на живых людях изучили возможности человеческого организма и установили, что кормить следует трижды, но помалу… К мукам голода, холода и болям от досок, на которых сов. граждане лежат месяцами, в Вашем избирательном округе удумались не выдавать курящим положенную махорку, все камеры буквально ревмя ревут целыми днями.

Я проверил – не изменилось ли что-либо за полгода, после сообщения Вам о происходящем. Можете себя поздравить, все в прежнем виде!

Советские граждане – виноваты только в том, что оказались на улице без документов и поэтому подвергаются проверке; либо те, кто сверх установленного срока не поступил на работу,- оказавшись в заключении, лишаются права купить себе еды, читать газеты и книги, слушать радио, обращаться к адвокату, и вообще иметь карандаш и бумагу, или, тем более, сообщать о своем местопребывании своей семье и близким!

Зловонные параши украшают камеры, высота которых всего два метра.

И все это в самом центре Ленинграда, "колыбели трех революций"…

…Одумайтесь и исполните Ваши депутатские обязанности".

Конечно, не только Колпаковой писал об этой тюрьме М.Я.Макаренко. Вот соответствующая часть его письма депутату и композитору Д.В.Кабалевскому:

"Зайдите в перерывах между концертами в другую тюрьму, тоже тайную, Леноблгорисполкомов. Она спрятана по адресу: ул.Бакунина, дом 10а.

Там, в сердце Ленинграда, лежат на голых досках и мужчины, и женщины, и дети! А кормят там всего лишь раз в сутки!! И здесь ленинградцы вырвались вперед!... От большого зала Филармонии туда можно доехать любым троллейбусом,- всего лишь 4 остановки. Вы даже во время антракта между двумя отделениями успели бы!...

Впрочем, это избирательный округ балерины Колпаковой, ее епархия. Когда я ей об этом отписал – она не нашла ничего лучшего, как побежать с моим письмом в УКГБ и обрыдаться от оскорбленности этими фактами…

Прошло полгода: а кормят по-прежнему один раз в сутки и спят там вольные, не осужденные советские люди, по-прежнему на голых досках…

Разумеется, и она по-прежнему танцует между сессиями Верховного Совета свои па-де-де ни на йоту медленнее. Надо полагать, эту капээсэсовку еще не раз переизберут в Верховный Совет. Удобная балерина.

Но вернемся к лагерям в Вашем избирательном округе №23…"

Трудно судить, насколько удачным и эффективным было именно это направление деятельности М.Я.Макаренко. Ведь одному человеку, даже такого кипучего общественного темперамента, почти невозможно переделать порядки в такой махине, как тюрьмы и лагеря всей страны… Тем не менее, успехи все же имеются. Так, Макаренко добился, чтобы ему по суду вернули недоданные тюремные корма – на сумму 3 руб.

Только на такую мизерную, почти символическую сумму уступил Архипелаг. Но ведь уступил, пусть на трешку, но уступил суду, и это много значит, еще существуют суды и существуют депутаты. Конечно, совсем не такие, как нам хотелось бы. И все же они есть и самим фактом своего отдельного от "органов" существования наряду с отдельным существованием Прокуратуры могут как-то ограничивать Архипелаг в его произволе.

Основой деятельности М.Я.Макарнко были письма (жалобы и требования) и потому ему было жизненно важно оградить этот канал деятельности от "пресекающего" произвола органов. Больше четверти его писем в сборнике – это требования к почте об уплате штрафа за утерю заказного письма. Причем, как правило, почта вначале безропотно выплачивает эти штрафы, а потом, обессилев, начинает ссылаться на "высшие силы"… Письма М.Я.Макаренко к почтовым работникам, как правило, кратки и полны повелительных интонаций, что при наличии огромного штампа: "М.Макаренко – особо опасный государственный преступник Советского Союза", производит сильное впечатление. Вот несколько примеров:

Нач.ПО связи К-12 г.Москвы. 3 октября 1977г. "…я послал письмо… Как я и предполагал, "неизвестные" это письмо похитили у почты… Прошу разыскать похитителей писем – стесняющихся прибегать к санкции прокурора для "выемки корреспонденции", как это велят законы СССР. А если не сыщете – уплатите, пожалуйста, без лишней переписки стоимость штрафа.

Нач.отдела механизации… Гл.Почт.Управления МС СССР 11 мая 1978г. "…не доставлены адресатам… 15 писем… В случае необнаружения этих писем прошу без переписки выслать штрафы и за письма, и за заказные уведомления. Напоминаю, что ранее Вам посланные заявления о розыске иных заказных писем – еще не отработаны и ответы либо переводы мне не поступали. Соблюдайте сроки".

Почтамт г.Ленинграда, 1 мая 1978г. "…как мне стало известно, адресатом это з/п не получено… Пришлите, пожалуйста, штраф".

Бюро жалоб Московского почтамта. 11 мая 1978г. "…На два запроса почтамт не ответил. В случае неответа до 1 июня 1978г. дело пойдет в нарсуд, поторопитесь…"

Министру связи СССР "…Прошу провести розыск или… уплатить штрафы…"

Мосглавпочтамт… 14 июля 78г. "Не доставлены следующие з/п (19 шт) … Розыск был подан Вам на это з/п еще 26.3.78г. Что касается з/п 214 в тот же адрес, на имя Черновола, то оплатите, по крайней мере, за утрату заказного уведомления. Уж мне-то Вы не докажете, что я его у Вас получал! А? Не затягивайте.

Министру связи СССР, 2 августа 1978г. "Хищение "неизвестными" международных заказных писем и вложений в эти письма – дело, оказывается, заурядное в системе Министерства связи СССР… Вот только примеры кражи з/писем, отправленных из СССР: (7 шт) …Ни одно из уведомлений не вернулось… По предложению Контрольно-справочного участка Московского почтамта я запросил этих лиц и еще раз убедился в том, что мои письма им не доставлены. О конфискации указанных 7 з/п мне также не сообщалось, как и адресатам, что предусмотрено правилами международного почтового союза, участником которого является СССР.

Поскольку Моспочтамт не может сообщить №№ и даты сообщений службы почты зарубежных стран, которые якобы "подтверждают" вручение некоторых из моих писем, для проверки правдивости подобного рода сообщений Московского почтамта, я заключаю, что таких подтверждений от почтовых служб зарубежных стран и не существует и Моспочтамту они не посылались никогда!..

Поэтому прошу без задержек и зряшной переписки уплатить мне штрафы за "утерю" моих з/писем из расчета 12 руб. за каждое з/п, как, впрочем, мне уже не раз и выплачивали. А я – по такой цене, напишу любителям моих з/п еще не одну дюжину. Мне такой заработок приятен! "

Нач.Мосглавпочтамта 22 авг.78г. "…Почтовые правила СССР не обязывают меня высылать помимо квитанций – для оплаты штрафов за "утраченные" з/п, еще и списки этих з/п. Обходитесь пожалуйста, тем, что предусмотрено законодателем. Впрочем, за дополнительную оплату я могу наготовить для почтамта фото или нотариально заверенные списки моих писем…

Обращаю Ваше внимание, что… теперь письма зачастую похищаются вместе с заказными уведомлениями… "Неизвестные" предпочли не оставлять мне больше своих автографов. Они берут себе все: и письмо, и уведомление! И тем не менее, по 1руб.20к. за письмо – я напишу их еще немало. Деньги нужны!"

Нач.отдела Мосглавпочтамта 12 июля 78г. "Прошу оплатить за 10 "утраченных" з/п… Не плодите лишнюю переписку, платите молча".

Из "Заявления повторного" – Романову Г.В., 1 секр.Ленинградского обкома, члену Политбюро ЦК: …Невинное Упр.связи Перми регулярно выплачивало мне почтовые штрафы за кражу чекистами моей почты (3-5 руб.расходов на переписку с "невинным Управлением" – и в результате – 60к. штрафа.

Но пока я писал внутрисоюзные письма, связь платила штрафы, стиснув зубы. Тогда я рационализировал свои социологические исследования и стал писать письма зарубеж, за утерю которых связь сперва столь же молча платила уже по 11 руб.90коп. за шт. Но, наконец, и "невинная" связь все же не вынесла такого двустороннего изнасилования и открыто отписала мне нижеследующее… (по памяти излагаю): "Мы принимаем ваши з/п и выдаем цензору Зорину квитанцию о получении международного письма. Но, спрятав квитанцию в сумку, цензор вытаскивает из нее же письмо от Управления…, которое требует выдать цензору только что полученное з/п. Мы забираем запрос Управления, а цензору отдаем Ваше письмо. Поэтому просим больше в органы связи по этому вопросу не обращаться – ваши письма у нас изымает Управление (КГБ)…

…Но законна лишь санкция прокурора на выемку корреспонденции из отделения связи. Все остальные бумажки, в том числе и с досточтимого КГБ… я не могу принимать в расчет.

…Пока я отбивал свои карцерские копейки, описывая Вам и иже с Вами – наши почтовые грызуны… тоже не дремали. По известной схеме – они пожирали мои заказные письма, которые я, уличения их ради, был вынужден писать только с уведомлениями об их вручении, подсчитайте-ка, почем это мои копеечки, с них выдранные, если я отправил – не считая официально конфискованных, 5 тысяч жалоб за 6 лет!

Почерк тот же, всесоюзный: сперва Управление связи Владимира платило штрафы, ошалело озираясь – доколе? А потом открыто стало писать мне ответы такого рода: "мы заказных писем №№... и в глаза не видели. Тюрьма ОД-1-СТ-2 никогда их почте не сдавала. Просим не беспокоить. Переписка по данному вопросу окончена".

Какая унификация "мер социальной защиты", а? Всюду одно и то же.

А всего удалось установить с помощью почтового ведомства, что таких вот не сданных почте писем, на которые почта выдала квитанции в их получении – было за 1978г. 61 шт. (не менее 10% написанного; это еще ничего, у иных, беззубых, по 25 лет не проходит ни одного письма!)

По проторенной дорожке я побежал во Фрунзенский райсуд Владимира с иском к 20-му п/о на сумму в 28 руб.70 к. – Ведь почта подтверждает, что письма не доставлены (и кому – в ЦК КПСС, прокурорам, обкому КПСС, в МВД; ну а депутатам, так те и сами себя властью не числят…)

А тюрьма и областная прокуратура, стуча кулаками, тычут 61 почтовую квитанцию на все 61 якобы ими отправленные письма. Вот потеха-то была! Я даже не пожалел себя – пригласил адвоката по делу. Поглядеть из своей камеры, как эти два ведомства друг на дружку кидаться будут. – Но адвокат после суда сбежал, не взяв и денег, а суд недвусмысленно ткнул судебным определением в логово наших тюремщиков, с которых, несмотря на наличие квитанций – на 28 руб.70к. и причитается. Или все же с почтарей? Но мне то все равно, ведь мое дело беспроигрышное: либо те, либо другие – пусть платят!

О, рак, да свистни же ты хоть раз!"

Но особо упорную борьбу вел M.Я.Макаренко против злоупотреблений, хищений и воровства начальства в тюрьмах и лагерях, невзирая на их частные или служебные цели: посылок и почтовых вложений заключенным, уменьшения пищевых рационов, конфискации счетов и т.д.

Так, в письме "депутату и композитору" Кабалевскому Д.Б. он писал:

"Судите сами о масштабах краж в органах МВД СССР:

…Так лагерь ВС-389-36, например, спекулировал получаемыми с государственных баз продуктами. А именно: цена репчатого лука – 45 коп., а лагерь перепродавал его з/к по… 60 коп., цена сахара – 90к., а лагерь брал по рублю; цена хвостов, носов, глаз и прочих подобных частей тела животных – 45 коп. кг, а лагерь брал "в круглую" по 2 руб/кг; цена соленой трески особого сорта, которую скармливают заключенным – 39 коп., а лагерь брал за нее по 65 коп. … и т.д. и т.п. Цены за все продукты завышались и, соответственно, уменьшался рацион з/к – ибо кормят от 3р.60к. до 11 руб. за месячный рацион. Естественно, что при завышении цен – купить продукты можно меньше, к чему они и стремятся, не считая улучшения показателей. Даже за картофель и капусту они сдирали с нас на 50% дороже их стоимости!

Или такой факт: - десятилетиями каратели Владимирской тюрьмы кормили на строгом режиме только два раза вместо трех, положенных, то же самое они проделывали с лицами, содержащимися в лагерях. Мне пришлось писать об этом более 2 лет – пока их принудили увеличить рацион и кормить по 3 раза в день. Стали они это делать только с 4 апреля 1977года.

Но крали они не только еду. Они попутно воровали и деньги, завышая стоимость еды. Так, например, цена еды по норме 9-6-2 стоит: в дни, когда з/к получают горячее трехразовое питание – 22,2 коп., а в дни, когда он получает трехразовое питание холодное – 8,2 коп.. Так это "питание" чередуется, пока заключенный через живот не осознает нормы советского права и морали. Очевидно, что стоимость месячного рациона составляет – 4р.56к. Однако Владимирская Тюрьма десятилетия удерживала не 4р.56к., а 6р.66к., т.е. на 45% больше стоимости.

Оказывается, для повышения своих неважных показателей в соцсоревновании между тюрьмами (есть и такое! – за это знамена, чины и звания дают), они удерживали "в среднем" по 22 коп. за каждый день.

Почти три года я писал по поводу этой масштабно организованной кражи денег у з/к, в том числе и Вам, пока мне вернули удержанные с меня денежки. Но вернули только мне одному. А остальные 2000 человек в одной только Владимирской тюрьме остались обворованными.

Такого рода кражи я знаю десятки и десятки. Об этой воровской практике я написал из лагерей и тюрем около 5 тысяч жалоб, из которых 90% я адресовал только деятелям науки и культуры, т.н. представителям "советской общественности", фигурирующим в качестве депутатов Верховного Совета, Владетелей Власти. Эти 5 тысяч жалоб автоматически таскали за мной, перевязанными проволокой в 11 томах, подшитыми одна к другой, номерок за номерком из лагеря в лагерь, из тюрьмы в тюрьму.

И хотя Вы лично прочли те полста, что я адресовал только Вам – Вы имеете законное право прочесть все 11 томов, они в Ленинградской тюрьме КГБ по ул.Войнова, 25. Там тайный Архив КГБ Ленинграда. Правда, тюрьма тоже тайная. Там Вы сможете ознакомиться с такой партитурой фактов, что будь Вы человек нравственный, написали бы еще один "Реквием".

Амосову Н.М., деп. ВС СССР:

"Как теперь выяснилось, УКГБ г.Москвы в лице его следователей слегка ограбило меня после ареста. А чтобы скрыть это обстоятельство, в течение 9 лет мне отказывают в выдаче положенного мне акта с описью изъятых у меня вещей. – А для чего? – Теперь, после освобождения, это выяснилось. – Чтобы скрыть от меня, что именно конфисковано государством, а что прихвачено самими следователями…

По нашим приблизительным расчетам, по ценам того времени в квартире оставалось вещей примерно на 7-8 тысяч рублей. Это хрусталь, антиквариат, мебель… Кучеренко – следователь по особо важным делам, регулярно и лживо сообщал мне, …что-де "вещи сданы на хранение по описи гр-ну Боренбойму". Однако, как выяснилось впоследствии, этот Боренбойм никаких, конечно, вещей от УКГБ не получал, как я уверенно и предполагал эти годы,видя, как УКГБ уклоняется от выдачи мне описи, а вещи присвоили себе сотрудники УКГБ…

Прошло почти два месяца, а УКГБ, ну, скажем, стесняется ответить на мое заявление. Остается привлекать к этому ни в чем не повинных депутатов Верх.Совета – всамделишных представителей власти согласно Конституции, по крайней мере. Я буду Вам звонить и зайду. Ваш адрес и домашний телефон у меня есть"…

Нач. отдела ГУИТУ МВД СССР: "На Ваш… Вы переслали мою жалобу о хищении средств с моего л/счета во Владимирской тюрьме для ответа – в УИТУ Владоблисполкома. Прошло три месяца. УВД стесняется отвечать за произведенное хищение. А еще более того – деньги отдавать.

Турните-ка их еще раз, пожалуйста…"

Фрунзенскому нарсуду г. Владимира  - Ответчик: тюрьма Владисполкома

Исковое заявление. 4 апреля 1978

За несколько дней до окончания моего срока отбытия наказания у меня забрали личные вещи для проверки… Минуя судебные органы – единственные, уполномоченные законодателем производить конфискацию имущества граждан СССР, оперативные работники тюрьмы "конфисковали" у меня ряд вещей… По моей оценке – изъятые у меня в обход суда вещи и предметы стоят не менее 720 рублей. Прошу нарсуд – в случае, если все вышеперечисленные личные вещи и предметы не будут тюрьмой мне возвращены, взыскать с учреждения ОД-1-СТ-2 указанную сумму, а также судебные расходы".

Владимирскому Облсуду. Кассационная жалоба 10 мая 1978г.

На определение Фрунзенского райсуда от 14 апреля о взыскании 720 руб. с учреждения ОД-1-СТ-2.

Чаковскому А.В., депутату, на территории которого пять лагерей для политзаключенных.

Заявление повторное.

Политзаключенный Виктор Иванович Бондаренко, отбывающий срок вот уже 35 лет, сообщил мне во Владимирской тюрьме следующее: В лагере для политзаключенных в Мордовии, администрация спекулирует наркотическими веществами. Офицеры Заденчук, Кроботов и пом.нач.лагеря майор Малахов, сбывают таблетки кодеина больным з/к по 5 руб. за 10 шт., цена которых 20 коп.

По словам Бондаренко В.И., он уже сообщал об этом прокуратуре, и одного из офицеров даже перевели в другую зону, правда, с повышением в должности. Но и Бондаренко был репрессирован – тюремным режимом на 3 года, а торговля в лагере, по его словам, продолжается… Бондаренко просил, чтобы его допросили в процессуальном порядке по поводу вышеизложенного, ибо его письма прокурорам Владимирская тюрьма конфискует и уничтожает.

Мои сообщения в прокуратуру области также еще ни к чему не привели – вот уже полгода… Теперь пишу Вам, подможете?

Александрову-Агентову, пом.ген.секретаря ЦК КПСС

…Куда КГБ подевало 9 штук вещевых посылок, которые были приняты Лефортовкой тюрьмой на мое имя, а мне не были вручены?...

Фрунз. суду г.Владимира    Ответчик – тюрьма ОД-1-СТ-2

Исковое заявление 18 апреля 1978

(Цена иска – 78 р. 40 к. – о краже в тюрьме марок, открыток и фотографий из писем…)

Кассационная жалоба Облсуду г.Владимира …

Генералу Береговому Г.Г., чл.комиссии Совета Союза по ин.делам Верховного Совета СССР

Заявление повторное

Я уже писал Вам о хищениях в лагере ВС-389-36…

Так, только по проверке моего лицевого счета, я установил и доказал кражу следующих сумм, которые я затем вытряхивал с этого ворья в течение почти двух лет:..   итого 67р.99к.

И прокуроры, и из МВД СССР все проверяльщики в один голос голосили 2 года подряд: "Не установлено", "Не установлено…" И только когда я написал около 450 заказных писем в адрес ни в чем (вроде бы!...) неповинным депутатам, космонавтам, поэтам и балеринам, ведающих комиссиями Верх.Советов СССР и РСФСР, только тогда удалось дать этому ворью по рукам и взыскать с них похищенное.

Однако, будучи в заключении, мне не удалось получить от лагеря удовлетворения в сумме 272 руб. за превышение цен на продукты с целью улучшения экономических показателей и увеличению премий офицерам и надзорсоставу… Я высчитал, что таким образом каратели уменьшила мой рацион – объем которого определяется суммой: скормить еды одному з/к не более чем на 43 коп.в сутки – если он выполняет невыполнимую норму выработки не менее чем на 100% (а иначе карцер и еда через сутки из расчета 8 коп.в день!!!).

Я высчитал, что помимо недодачи еды – за счет завышения цен на нее, у меня незаконно удержали сверх ее действительной стоимости и стоимость ее приготовления и доставка в лагерь еще 272 рубля в виде незаконной спекулянтской надбавки, придуманной воровской шайкой-лейкой… Расчет я произвел по справке о ценах, по которым отпускаются с баз продукты – выданной торготделом Облисполкома Перми.

И прошу, и настаиваю: уговорите лагерь вернуть мне излишне удержанные суммы за питание, за все время пребывания в нем.

Нач.Тыла Вооруженных Сил СССР, Депутату В.С. СССР, маршалу Куроткину С.К. (личный домашний телефон, дом. тел. дочери)

На систематические кражи еды и денег у з/к во Владимирской тюрьме я написал в К-т народного контроля СССР.  Какова же была моя радость, когда полковник Тюкин в своем письме… сообщил, что мое письмо не рассматривалось, т.к. по мнению этого стыдливого полковника "носит клеветнический характер". Дело в том, что… я специализируюсь на отнятии у карателей краденого и по опыту знаю: как только они пишут в ответах, что жалоба на их воров – клеветнического характера, так значит, и денежки с них получать, сколько бы они об этом ни долдонили!

Правда, чтобы их проняло и они вернули украденное, писать мне приходится только в общественность и только в постель (на их домашние уютные адреса), а с некоторыми из этих депутатов – так и повидаться в домашней обстановке.

Правда, они этого страсть как не любят и бегают – хотя и демократы… Но результатом индивидуального их тыкания в эту т.н. "клевету" как правило – является возврат краденого. Правда, до этого еще с полгодика встреч и писем.

До встречи.

Андропову, председателю КГБ СССР, члену Политбюро

О возврате двух цветных кинофильмов… и т.д.

В уже цитированном письме Романову Г.В. М.Я.Макаренко подвел итог: у него украдено или незаконно изъято ценностей на 11.594 рублей 91 коп., из которых возвращено совсем немного. Так пермский лагерь по суду вернул в общем итоге 68 рублей. И тем не менее… Борьба М.Я.Макаренко носила отнюдь не материальный только интерес…

Впрочем, эти "балансы" в письме Романову Макаренко приводил в обоснование своего отказа выплачивать тысячу рублей выкупа за отъезд в эмиграцию и своего добился: уехал без выкупных. Но перед отъездом он одержал еще одну важную победу, получил разрешение на ленинградскую прописку и отмену решения КГБ о внесудебной высылке его в г. Лугу Ленинградской области - такой вид ссылки стал незаконным с 1975 года. Мне кажется необычайно важной история практической борьбы за реальное осуществление своего права освободившегося от заключения. Эта борьба была отчаянной, на грани жизни и нелегальщины… Но может только такое напряжение сил и может привести к успеху?!

Здесь нет места приводить все документы этой отдельной и поучительной истории, только упомянем, что М.Я.Макаренко одновременно обращался в суды на незаконность своей "превентивной ссылки" и… сбегал из места ссылки. Его ловили, a он сбегал вновь… "После вторичного побега, они меня еще не поймали, восьмой месяц ищут". За это время КГБ испробовало массу вариантов урегулирования "дела Макаренко" – нажимая на его родных и знакомых, чередуя угрозы с обещаниями прописки в Ленинграде, отмены надзора, выездной визы на Запад и даже "непрепятствие любым спекуляциям, валютным операциям, чтобы, как было разъяснено представителям УКГБ, я мог "приодеться и снова обзавестись". Еще более разнообразны были угрозы: от нового суда и посадки, или выезда за рубеж без детей и внуков до угрозы 15-летнего срока его представителю – Е.Мурашову

"Были рассуждения-стенания "доверительного" характера:

- Комитету госбезопасности известно, что я добиваюсь выдворения, но я не Солженицын и этого не добьюсь; да и никто больше этого не добьется, хватит!

- Ленинградскому УКГБ до сих пор "влетает" за то, что оно выпустило притворившегося паинькой Женю Вагина, на которого надеялись, что он тихий, что уедет и будет преподавать;… а он поехал в Ватикан, там чем-то против Ленинградского УКГБ ведает… А Ватикан, как это известно Ленинградскому УКГБ – мировой центр разведок…

- Комитет безопасности узнал, что я намерен собрать в Москве священников и совершить панихиду по погибшим в лагерях политзаключенным, и он, не будь он трижды безопасным Комитетом, никогда, никогда этого, конечно же, не допустит; а поэтому мой зять в самых ясных выражениях был заверен в том, что в случае, если до 13 час. 31 января 78 г. я не приму их ультиматум – отпевать ему придется меня: "Но это не для передачи Михаилу Яновичу" – художественно "спохватился" товарищ начальник, который с большой долей вероятности является нач.оперативного отдела УКГБ, а зовут его Александр Николаевич.

- Он, Александр Николаевич, за меня головой отвечает, и если теперь же я не приму серию его заманчивых предложений, то в случае поимки по графикам – небо мне покажется с овчинку, ибо им и за меня немножко перепадет, они от меня уже слегка устали, а они, по его заверениям, "тоже люди"…

Затем Жене пожелали сильно постараться меня отыскать для передачи ультиматума, а до истечения срока оставалось менее двух суток, и пообещали за ним не следить, a смотреть в другую сторону. И в самом деле, за ним "очень тонко" ходило чуть менее взвода…"

Было и такое:

"К вечеру этого же дня на Мурашова наехал мотоциклист, а как только он поднялся и пополз по тротуару, на него пытался наехать а/м "Москвич" - выехавший за ним туда! – но Женя успел заскочить за бетонный фонарь и "Москвич" лишь протаранил себе радиатор.

В Ленинград, на поиски пропавшего Мурашова, выехал мой помощник. Он нашел Женю в гипсе. Наконец, в ОВИР Ленинграда поступило указание из Смольного срочно оформить выездные визы всем".

25 августа М.Д.Макаренко и его семье были выданы выездные визы, причем неофициально некий офицер КГБ пожелал "Михаилу Яновичу счастливого пути" и выразил надежду, что до отлета он не допустит "никаких эксцессов"… Что ж, понятно,- "они" уважают силу…

30 августа 1978 года помечен последний документ М.Я.Макаренко. Последние слова в нем: "Прощай, любимая Россия, страна рабов, страна господ…"

Краткий обзор книги писем М.Я.Макаренко "Репортаж из социалистического средневековья" закончен. Не соглашаясь во многом с ним, особенно с его резкостью, с навязчивым сравнением СС и КПСС (мне просто страшно об этом думать) и тем более с его угрозами "пенькового галстука" на нюрнбергский манер для нынешних "карателей", трудно не увидеть главного: он постоянно и непрерывно обращается к конкретным представителям власти, в том числе и к депутатам Верховного Совета, которых мы никогда за власть не считали. И в этом, в практическом и открытом обращении к властям, несмотря на всю свою грубость, М.Я.Макаренко, как ни странно, был более конструктивен и лоялен, чем мы, "молчаливое большинство", только копящее внутри себя недовольство. Метод Макаренко в чем-то схож с давно известным и применяемым в народе способом – жалоб, прошений, петиций. Ведь и сейчас тысячи, если не миллионы писем и жалоб направляются от низов представителям властей… но будучи закрытыми и никому неизвестными, они легко тонут в ответной переписке, блокируются бюрократической машиной. Макаренко поступал по-иному. Он писал открыто и требовательно, старался обращаться не к государственной машине, а к самим людям в ней (писал не учреждениям, а по домашним адресам… Он не скрывал своих писем, а делал их широко известными, просто вынуждая "депутатов" и иных представителей власти вспоминать о своих человеческих обязанностях. Он соединил старорусский способ жалоб с современной диссидентской открытостью (впрочем, конечно, не он один и не он первый – впервые так ярко, напористо, целеустремленно, эффективно…). Я не могу удержаться от цитирования его "Примечания и рекомендаций" к сборнику домашних адресов 11 депутатов Верховного Совета СССР:

"- Депутат Верховного Совета СССР… имеет право обратиться с запросом… к Правительству СССР… или к руководителям иных органов государственного управления…

ст.14 Закона о статусе депутата. Депутат рассматривает поступившие к нему предложения, заявления и жалобы, принимает меры к их правильному и своевременному разрешению…

Депутат вправе осуществлять контроль за рассмотрением направленных им предложений, заявлений и жалоб в государственных органах, предприятиях, учреждениях и организациях, расположенных на территории Совета и принимать личное участие в рассмотрении указанных предложений, заявлений и жалоб.

Ст. 29. При обнаружении нарушений прав и охраняемых интересов граждан или иного нарушения законности депутат, как представитель государственной власти вправе требовать прекращения этих нарушений…

Рекомендация: В случае неполучения ответа лично от депутата в течение 30 дней со дня отправления ему жалобы следует обратиться в районную или городскую прокуратуру по месту его жительства с заявлением следующего содержания:

"Прокуратуре г. …

Жалоба – фамилия, имя, отчества, домашний адрес.

…число, месяц, год… я обратился с заявлением к депутату Верховного Совета СССР…, по адресу… Мое заказное письмо №… вручено, о чем имеется расписка получившего и почтового работника на почтовом уведомлении о вручении моего письма и два почтовых штемпеля, удостоверяющие эти подписи.

Согласно Указа Президиума Верх.Совета СССР от 12 апреля 1968г. моя жалоба должна быть рассмотрена в 20-дневный срок. Однако прошло… дней, а депутат мне так и не ответил.

Прошу Вас разъяснить депутату его должностные обязанности. Число. Подпись".

Многолетняя практика показывает, что депутаты – ученые, актеры, военные и прочие, отказываются исполнять свои оплачиваемые депутатские обязанности, ссылаясь на то, что де-они ученые, актеры и военные и "не имеют" касательства к происходящему за пределами должностных обязанностей – (по месту их основной работы)… От этого заблуждения их следует оберегать, многократно объясняя им их права и обязанности через органы прокурорского надзора всех уровней. Это помогает сильно.

 А получаемые от них уведомления о вручении им заказных писем следует сохранить – это документы, имеющие доказательную силу… Кроме того, уведомление облегчает контроль за действиями почты и за самим депутатом, который, как правило, постарается отмолчаться, пересылая жалобы тем, на деяния которых жалобы написаны… Увы, такова практика, пока не обучишь сам каждого депутата по отдельности.

Примечания: Составитель списка адресует письма в первую очередь на домашние адреса депутатов, при этом на конверте опускается перечень должностей и званий депутата. Такие письма зачастую вскрывают сами члены семьи депутата, что, по-видимому, облегчает депутату работу с письмами трудящихся, а семье разнообразит жизнь. Кроме того, получение писем непосредственно на квартире, сопровождающееся периодическими телефонными беседами либо с самим депутатом, либо с его близкими, по вопросам, затрагиваемым в заявлениях, - приятная неожиданность, как правило, очень эмоционально воспринимаемая депутатом и его близкими. Такая близость к избирателям, такая возможность каждоминутной "обратной связи" на лестничной клетке или в собственной комнате – хорошо тонизируют депутата, создают у него вполне определенный весьма для него полезный душевный настрой".

И наконец,  заключительное замечание . Больше всего меня поразили экономические аспекты писем М.Я.Макаренко, данная в них картина воровства в системе "Архипелага". Ведь в каком-то смысле офицеры МВД, обкрадывающие заключенных на пищевых рационах и продуктовых посылках, или КГБ, утаивающие имущество под видом конфискации, действуют, как "экономически свободные люди", нарушающие государственные законы и служебные инструкции – ради собственной выгоды, – но не в пользу з/к, а во вред им, ужесточая режим до последней мыслимой стадии эксплуатации… Эти картины заставляют меня осторожнее обращаться с признанием положительности "экономически свободной деятельности" где бы то ни было. Макаренко на фактах показывает, как опасен может быть тезис "свобода выше всего, выше прежней морали и законов".

Нет, тезис, видимо, должен быть сформулирован иначе: "Свобода, в том числе и экономическая, конечно, выше морали и законов Архипелага, но она никогда не смеет преступать истинную, общечеловеческую мораль и законы". Активная жизнь, общественная и экономическая свободная деятельность М.Я.Макаренко (ибо устраивать самодеятельные выставки и галереи есть одновременно и свободная экономическая деятельность), вместе с тем непримиримо преследовавшего аморальную и служебную, и частную деятельность своих тюремщиков, - тому замечательный пример.

предыдущая оглавление следующая
Лицензия Creative Commons
Все материалы сайта sokirko.info доступны по лицензии Creative Commons «Attribution» («Атрибуция») 4.0 Всемирная.