Виктор Сокирко и Лидия Ткаченко. "Тверь"

Том 16. Урал-Волга. 1986 г.

"Тверь"

Смотреть онлайн
Отдельные слайды

1а, 1б, 1в.

2. "Тверь - моя деревня" - (поют наши Галя и Аня)

3. Земля тверская (1960-1986гг.)

4. Умирающая и воскресающая Россия (заветы расширения)

5. Волжский цикл, ч. 1 "Волга, Волга, мать родная..."

6. Родина мордвы, марийцев, чувашей, удмуртов, татар, калмыков...

7. Волга Лиля: Я родилась в городе на Волге, провела на ней детство и юность. И потому переживаю до сих пор каждую встречу c ней.

7а. С 60-х годов мы снимаем ее на слайды, а решиться на описание ее грандиозной темы до сих пор не могли.

8. И только присланное в апреле от Валерия Абрамкина письмо сдвинуло нас с мертвой точки: "Предлагаю сделать совместный диафильм под условным названием: "Умирающая? Возрождающаяся? Россия". Для такой работы нужен месяц бездейственного (по нагрузке и перемещениям) покоя и напряженного проникновения в жизнь тверского народа.

9. Конечно, ни на "погружение в тверскую жизнь", ни на совместный диафильм мы не способны. Выкроили из отгулов и выходных 5 дней для поездки к Валерию, что-то засняли, разыскали старые и покупные кадры, и вот решаемся сейчас рассказать, что знаем, о самой верхней в Поволжье - Тверской земле, и этим начать волжский цикл.

10. Витя: Мое же первое соприкосновение с волжской землей произошло в студенческие времена, когда меня взяли в первую туристскую

11. поездку, и именно на Селигер.Слайды тогда я еще не делал, и потому про Селигер я расскажу на покупных кадрах.

12. Волга начинается совсем рядом, оставляя

13. Селигеру роль второго, но самого красивого и вольготного своего истока, с церквями и селами на островных и плесных берегах.

14. 100 км в длину, 50 - в ширину, непрерывные острова и проливы.

15. Туристские гиды сравнивают их с Венецией, но нам ближе сравнение с

16. таинственной жизнью греческих общин в Эгейском море. Там родилась европейская культура, здесь - российская. И зачинались русские люди,

17. чтобы осваивать всю Волгу и Каспий. И Сибирь, и Азию, весь мир и космос. А вокруг, в защитной тиши бескрайних лесов и болот, на их сухих гривах-островах множились все те же русские общины.

18. От таких вот материковых изолятов в Греции когда-то вылупилась империя Македонского, в Италии - империя Рима, а от этих вот

19. прафинских озер и болот родилась Российская империя со своей

20-21. величайшей Волгой.

22. Столица Селигера - г.Осташков

23-24.

25-27. Монастырь "Нилова пустынь"

28. Ничего такого мы тогда не видели, не интересовались. Только плыли озерным теплоходом до Свапущи, а потом две недели жили на

29. красивейшем Березовском плесе. Но очень скоро сбор земляники, грибов

30. и рыбалка для меня превратились в скуку, которая снималась только сооружением озерного плота из 4-х бесхозных бревен. На этом плоту

31. мы и отправились по Селигеру на юг, к Хачину и Осташкову, к Волге и Москве, а как теперь оказалось - в свою туристскую и взрослую жизнь.

32. 1964-1975гг С 64 года мы ездим вместе, но до Верхней Волги касались мало: только на байдарке по Дубне и Нерли Волжской,

33. с друзьями в Углич, на праздники в Кострому и Ярославль.

34. В 76 году, возвращаясь из Ленинграда, мы на полдня остановились в Калинине, чтобы увидеть знаменитую когда-то Тверь.

35. Но прежде посмотрите, что рассказывает о Тверской земле и ее роли в русской культуре (национальная классика) покупной туристский диафильм.

36. Тверская река Сьежа Левитана

37. Соседнее озеро Удомля Чехова

38. Торжок А.Н.Островского

39. Половина "Путешествия" Радищева - о бедах тверской земли

40. Родина Лемешева. Пушкинские места

41. Омут из "Русалки" Пушкина и Левитана

42. Обл. картинная галерея - тверяки Кипренский, Венецианов

43. Музей Калинина под Кашиным

44. Погибшим во Ржеве. Льняной цех страны

45. Каналы Вышнего Волочка

46. Колокольня затонувшего Калязина

47. Золотое шитье Торжка и фаянс Конакова

48-49. Тверь-1976г. Расскажем теперь мы, что знаем. Тверь в русской

50. истории известна раньше Москвы, но сейчас и имя имеет случайное, и вид - совсем не древний.

51. Ее самые старые дома не древнее века Екатерины, приказавшей застроить часто выгоравший центр каменными и казенными дворцами. Архитекторы Никитин и Казаков, потом Росси сделали из Твери на

52. Волге малое подобие классического Петербурга. И по этому тверскому образцу стали отстраиваться и другие губернские столицы.

53. От древнего же, для нас интересного соперника Москвы, сейчас осталось только название речки - Тверцы, впадающей в Волгу, да расположение церквей и, конечно же, оппозиционный дух. Ибо, как известно, дух бессмертен.

54. В нашей истории города символизируют разные заветы. Если Новгород - это завет свободы и принадлежности к Западу, а Москва - завет

55. единства страны, самодержавия, то Тверь между ними - это завет человеческого достоинства и жизни.

56. Путеводитель свидетельствует, что из 30 с лишним тверских церквей и монастырей, Калинин сохранил лишь единицы, в их числе - загородные Желтиков и Христорождественский монастыри, а главное - перестроенный при Петре Успенский собор Отрочского монастыря, основанного еще в 1265 году, когда Тверь впервые стала великим княжеством.

57. А сейчас помянем главное: историю соперничества Твери с Москвою. Тверские купцы известны Руси раньше Москвы, зато крепость Твердь основана позже Москвы. Хоть и страдала Твердь в первые годы от Новгород-Суздальской распри, но, видно, не очень.

58. Земля богатела и населялась, а после татарского нашествия стала едва ли не главным восприемником великокняжеского Владимира.

59. Ключевой стала фигура первого великого князя Ярослава - брата Александра Невского и Андрея Суздальского. В пору, когда Андрей стал против татар, а Невский - за них, Ярослав поддерживал Андрея, но потом стал преемником обоих. В конце 13 века он вместе с Новгородом организовал первый русский оборонительный союз против татар, но вместо изгнания татар этой первой коалиции пришлось

60. бороться с поднимающейся самодержавной Москвой. В этом споре наши симпатии, конечно, на стороне твердой и творческой Твери. И потому нас каждый раз тянет понять причины ее поражения.

Тут сыграла роль и первоначальная неприметность Москвы, и коварство московских князей, начиная с самого первого, благоверного Даниила, тверского племянника. Свое тихое княжение Даниил ознаменовал бесправным захватом рязанской Коломны, а потом - перехватом у Твери переслав-залесского наследства.

61. Их же наследники не только воевали меж собой и наводили татар, но и доносили друг на друга татарскому хану, причем и инициатива, и конечный успех всегда оставались на стороне московских умельцев. Первый сын Даниила Московского - Юрий - смог очернить тверского Михаила и добиться его смерти в Орде, потом в Орде погиб и сын Михаила Дмитрий Грозные Очи,

61а.а уж знаменитый Иван Калита, этот мешок с награбленными для себя и татар деньгами, капиталист и истинный создатель московской, как потом оказалось, вечно растущей державы - тот смог оклеветать и добиться казни в Орде не только тверского Александра, но и сына его. Мало того: Калита сумел добиться переселения к себе митрополита Петра, освятившего церковным авторитетом как ивано-калитовскую мораль и политику, так и претензии Москвы на общерусское руководство.

62. С тех пор первенство Москвы, а вместе с ней самодержавный характер возникающей России, стали неизбежны. Тверь начинает с 15-го века уклоняться от борьбы с Москвою. Оставаясь внешне равноправным великим княжеством, она участвует и в разгроме Мамая, и в московских походах против Новгорода. Но, став государем всея Руси, Иван III не посчитался с лояльностью Твери, лишив ее в 1485г. даже внутреннего самоуправления.

63. Этим годом кончился тверской, твердоличностный этап русской истории, начался холопский. На примере Твери выяснилось: под Москвой невозможно жить свободным людям и землям, даже лояльным. Самодержавие - это людодерство по Крижаничу, знает лишь одну высшую цель - усиливать свою власть до смертного предела. И уже при следующем Иване-IV, обезлюдиваются многие русские земли, в том числе такие родовитые, как Тверская.

64. Самая древняя из сохранившихся церквей - "Белая Троица" была построена в 1564 году на окраине тогдашней Твери, за речкой Тьмакой. Она - прямой свидетель Ивана Грозного и его репрессий. Неподалеку

65. в Отрочьем монастыре был задушен Малютой Скуратовым Филипп Колычев, московский митрополит - последняя надежда нравственной узды на обезумевшем от крови правителе. После Ивановского разорения Тверь была побита поляками, а потом выжигалась пожарами - и так влачила свое существование под самодержавием вплоть до

66. отмены крепостного права, когда на благо всей России воспрянул тверской дух.

67. Совершенно случайно мы набрели на памятник Крылову, который, оказывается, в Твери провел юность мелким служащим, и в общении с тверским торговым и ремесленным людом набрался мудрости для своих, нет, наших крыловских басен, и которые будут еще много лет и

68. веков воспитывать человека в русских людях вместе с поэзией другого

69. тверского любимца - Пушкина.

70. На этой земле вырос и Салтыков, ставший, наверное, самым сатирическим вице-губернатором в мире. Еще более известна фамилия Бакуниных, давшая России не только губернаторов и сенаторов, но и революционера, который воевал не только с царями, но и с деспотизмом Маркса.

71. Но, к сожалению, и нам не странно, что вместо памятника своему земляку - толстому Мишелю Бакунину, коего чтят в мире и в Москве, в Твери стоит памятник его ненавистнику...

72. Как только разнеслась весть o намерении Александра II отменить крепостное право, тверское дворянство выбрало своим предводителем Алексея Михайловича Унковского. Проекты реформы, представляемые тверскими адресами и записками самого Алексея Михайловича, отстаивали

73. не одни помещичьи интересы, а освобождение крестьян с их землей и становились известными стране. Не их вина, а беда. Беда России, что двор и дворянство не пошли и тут за Тверью, а поддались личным страхам и выгодам. Реформы и права земли были урезаны, и потому, в конечном счете, не уберегли страну от революции.

74. Унковского тогда сослали, но он не сдался, перейдя к защите человеческих прав через адвокатскую деятельность. А Тверь, с ее традициями,

75. в следующие десятилетия стала одной из главных опор нарождающегося конституционно-демократического движения, опорой для кадетов - партии "народной свободы".

76. Интересно, что примерно такую же славу поборников народной свободы и защиты прав человека приобрело черниговское дворянство, что заставляет вспомнить: Чернигов тоже был вечным соперником - оплотом великокняжеского Киева, как Тверь - оппонентом Москвы.

76. На чем же держалась эта вечная тверская оппозиционность? А вот на чем: мертвящей власти самодержавия противопоставлялись

77. Сверхцелью сама жизнь людей, а значит, их свобода, достоинство, их права и счастье... И не надо гадать, как именно дух гордости и человечности первых тверских князей сохранился в бедных

78. тверских домах ремесленников и торговцев, оттуда перешел в свободолюбие тверских дворян-интеллигентов. "Дух веет незримо везде"...

79. Нам остается только верить, что и в нашем техническом будущем он не исчезнет, а подвигнет к преодолению самодержавия любой техники

80. и толка и выведет на правильный путь...

81. Один из самых красивых и символичных памятников Твери - Афанасию Никитину - тверскому купцу, который на изломе земской независимости еще мог ездить по торговым делам в Индию.

82. Одному из немногих европейцев, пробивавших торговый путь из Европы по Волге и Каспию в страну чудес, и так начинавшего не военное, а мирное русское расширение. Но Москва унизила верхневолжскую Тверь и обесценила

82а. торговые подвиги Никитина, своими вечными войнами наглухо закрыла людям мирный торговый путь. И потому, когда мы спустились к устью Волги, то обнаружили, что получилось совсем иное: не русские

83. вслед за тверяком осваивали индийские рынки, а индийские купцы построили свое подворье в Астрахани, а буддистские вероучители настроили хуралы по берегам нижней Волги... И причина тому, что Индия более близка к выполнению человеческой Сверхцели...

84. 1985 год Был желтый октябрь, когда я поехал в этот глухой тверской уголок, чтобы в окрестностях Алениного Монина найти для Валерия место работы в какой-нибудь школе и жительство.

85. Через пару месяцев кончался его второй трехлетний срок в лагере. Грозных примет к третьему было много, но мы суеверно не желали об этом думать. Эти три уникальных рисунка бутырского быта достались мне еще от 80 -года следствия в Бутырках, может, самого легкого из Валериных тюремных лет. В том году мы сидели в соседних камерах , за одно и то же. По тогдашним меркам на мне было "вин" даже больше, но готовность к компромиссу развела нас в стороны: меня вернули

86. к семье в Москве, его отказ швырнул в ужасы пересылок, в сибирские лагеря. И не только его. Сегодня уже не только такой тюремный,

87. диссидентский рисунок, а и сама партийная печать пишет про узников совести и правды в брежневские годы, таких, как моряк Розовайкин и преподаватель Дильмуратов... И кто бы мог подумать, что это станет возможным? Но к тому ведет дух осознания, что без правды и человеческой инициативы страна и власть - погибнут. Уверен: немалую роль в таком осознании сыграли и диссиденты, но до признания их благотворной в целом роли еще очень далеко.

88. Да, Бог с ним, с признанием. Хорошо уже, что не навешивают новые срока, что дают возможность вернуться, если не домой, то вот - как Валере - на место высылки в любое место, за исключением столичных областей, областных центров, и т.д. и т.п., разных еще особых мест, определяемых милицией.

89. Поэтому по совету умных людей, приехав в Андреаполь, я, прежде всего, обратился в районную милицию за консультацией и разрешением. Фотоаппарата с собой тогда не взял, не за этим ехал, да и невеликий городок ж.д. станции и начинавшейся недалеко Зап.Двиной

90. меня совсем тогда не интересовал. Это единственные виды Андреаполя и его Двины сделаны уже летом.

91. Из разговора в милиции я не вынес четкости. С одной стороны, лагерникам в районе прописываться можно, а с другой стороны - никак не в желаемые Хотилицы со школой, а куда-нибудь в далекий колхоз, не ближе 100 км от дороги. Да мало ли чем они будут меня путать - подумал и ...уехал в Хотилицы. Ведь если там найдется жилье и работа,

92. а лагерь Валерия сюда направит, то и милиция будет обязана там его прописать. Так и получилось. В тот первый мой приезд в Хотилицы посчастливилось сразу встретиться с доброжелательным завучем Хотилицкой вспомогательной школы-интерната: и жильем, и работой интернат Валерия обеспечит. Есть и школа для Алика, найдется работа и для Кати. А не будь этой встречи с Яков Федоровичем, может, Катя и не решилась бы на хотилицкий вариант. Конечно, случайность, судьба - но вот, счастливая ли?

93. А в тот осенний день, после короткого и благожелательнейшего разговора в школе, у меня была еще 3-х км ходьба по лесной дороге в

94. Монино, а потом, уже в наступившей темноте - на ближайшую ж.-д. станцию Мартисово. Причем я, конечно, сбился с пути и 5 км брел по ночному лесу почти на ощупь и на слух. Опоздал на московский поезд, и потому решился на ночной поезд в Торопец.

95. Соседний районный Торопец я мог разглядывать почти весь день до вечернего поезда, но, опять же, голова была занята одним - запасным вариантом абрамкинского местожительства и трудоустройства.Из этого, в общем, ничего не вышло, но некоторые разговоры и встречи с торопчанами запомнились.

96. На беседу в РОНО я возлагал надежды - судя по старинной культуре города, по памятнику учителю - в центре, напротив музея, да и по услышанной от местных нужде района в учителях.

97. Но, в отличие от Хотилиц, зав.РОНО сразу заинтересовалась нашей уголовной статьей, сразу же позвонила прокурору и сразу ответила мне категорическим "нет". Но тут же и вцепилась в меня с расспросами. Ее интересовал живой диссидент, и в то же время не терпелось высказать свое возмущение по поводу нашего столичного высовывания за границу. С немалым трудом я ушел, прекратив досужие расспросы

98. и осторожные обещания: "Пусть ваш товарищ все же к нам в будущем обращается... время покажет..." Что говорить о будущем, когда твердая работа и жилье Валерию нужны сейчас. Нет, не порадовала меня та торопчанка, руководящая, а может, и уродующая воспитание детишек своего района.

99. Зато разговор в райисполкоме с инспектором по труду был доброжелателен: работники городу нужны, Валерию с его квалификацией инженера-химика на новом комбинате "Meталлопласт" будут рады. С жильем,

100. правда, хуже, но завод своим квартиры строит... И мне даже тогда захотелось, чтобы Катя и Валерий согласились именно с этим вариантом работы по прямой специальности, в городской квартире

101. удивительно симпатичного Торопца... Но выбор Кати был предрешен, раз не удалось в Торопце найти работу в школе.

102. А в декабре была встреча-радость с вернувшимся Валерием и вторая моя поездка с ним в Андреаполь и Хотилицы... И, наконец, их общесемейный переезд, которому помогало немало друзей.

103. За зиму и весну в гостях в Хотилицах перебывало много людей из Москвы, была два раза и наша Галя. Не столько отдыхала, сколько помогала проведению ритмических занятий с детьми в организованном Абрамкиными фольклорном кружке Хотилицкой средней школы.

104. Ну, а в апреле к нам пришло от Валерия то письмо с настоятельным приглашением приехать на размышления о судьбах тверского народа. Поддаться сразу этому настоянию мы не могли, но в июне все же поехали.

105. Дорога на Торопец Первые и, конечно, испорченные кадры на пустынном шоссе между Старой Торопой и Торопцом. 1 км пешком и 20 - лихой попуткой, и вот через час после прихода поезда мы

106. были высажены в самом центре города. Никаких денег, лишь снисходительное "пожалуйста".

107. Глазом сразу же упираемся в музейную Богоявленскую церковь за Торопой, a на пустом месте перед нами - памятниковый истребитель, учрежденный торопецким мэром взамен Михал-Архангельского кафедрала. Говорят, его преемник совсем недавно велел еще сломать -

108. колокольню вот этой Успенской церкви 1768г., потому что его шофер в подпитии повредил об нее машину - и тем лишил город его главной вертикали. Сам храм спасся только интересами приютившейся

109. в нем керосиновой лавки... Но, несмотря на вырождение торопецких недавних градоначальников в каких-то глуповцев, город, помнящий свою далеко не глуповскую

110. историю, сохранил обаяние благородной старины и устойчивого уюта. И дело не только в том, что половина из его 18-ти каменных храмов все же уцелела, а в том, что по его немногим центральным

111. улицам, сплошь из старинных домов, просто приятно ходить, как

112. по хорошему музею. Старому русскому музею.

113. Этот самый западный район нынешней тверской земли одновременно является и самой древней славянской ее частью. По легендам же город создал Тороп - слуга былинного Алеши Поповича.

114. Археологи, занимавшиеся ныне пустым городищем, утверждают, что еще в 8-м веке сюда пришли славяне-кривичи, оттесняя на север балтов. На берегу Соломина озера был устроен родовой город кривичей. В пору киевских великих князей он вошел в состав смоленского княжества, а с 1167г. был выделен особым уделом и отдан первому торопецкому князю - Мстиславу Храброму, внуку смоленского

115. Мстислава. Сидел на торопецком столе и Мстислав Удалой, а замыкает род храбрейших торопецких князей Александр Невский. Отсюда была его мать, здесь он женился и до смерти отстаивал от литовцев свою любимейшую вотчину.

116. (схема) Лихие торопецкие князья, оседлав эту страну истоков, пересечение путей из варяг в греки и с Зап.Двины на Волгу, активно вмешивались в дела своих великих соседей - Киева и Новгорода, Полоцка и Суздаля. Мстислав Храбрый ходил на Киев, Удалой много раз княжил в Новгороде, а Невский вообще стал у основания великой Российской империи.

117. Какие имена! Ведь европейский масштаб деятельности, и всего-то кучка людей: сотни жителей на этом столичном холме и несколько тысяч во всем княжестве. Сейчас людей в Торопецком районе куда больше, а кто в Европе знает и считается с ними?

118. С крепостного холма за пару минут можно спуститься до Соломина озера с чистой водой и травянистым буйством прибрежной почвы... Родная почва, власть почвы... Как привычно мы употребляем эти слова, как звук, как заклинание. Хотя есть под ними и ясный смысл:

119. очеловеченная природа - главное вместилище человечески культуры, неизмеримо глубокое, неисчерпаемое, и потому до конца непонятное.

120. Известно, что жизнь людей определяет культура, но передается она не только обучением и традициями, но и самой очеловеченной средой обитания - почвой. И хотя славяне могли выселить отсюда балтов, а московиты - литовских панов, почва - всегда оставалась и не могла не влиять на победителей.

121. Сейчас совсем иное, миллиардное, муравьиное время. ХХ век! Начало космический эры, когда вся планета по взаимосвязям и расстояниям стала почти одной деревней-городом - все могут везде побывать за считанные часы, все обо всех знают, на всех работают и за счет всех живут, толкаются и толкают всех к выводу. Да, пора начинать осваивать для жизни космос - это будущее обиталище бесконечного, и потому всемогущего человечества - истинного Бога.

122. И люди выходят к жизни в небе, следуя инстинкту своих предков, славян-кривичей, освоивших планету вот на этой земле, нынешней России.

123. Сохранившиеся церковные здания особой торопецкой школы зодчества относятся самое раннее к концу 17-го века, когда была окончательно изжита княжеская удачливость и хоробрость, вернее: претворилась в расторопность торопецких купцов и торговцев.

124. В пору татарщины Торопец выбрал Запад и Литву, а в начале 16-века вместе со Смоленском перешел на московскую сторону и с крепостного холма переселился на торговый остров. Может, именно в силу своего приграничного с Западом положения стал Торопец таким богатым и независимым - не в пример другим царевым городам.

125. В лесах реставрации застали мы старейшую Никольскую церковь (1666г.). Реставраторы, как дятлы, выстукивают больные кирпичи и вынимают, чтобы заменить новыми. Рядом - самая высокая церковь

125. города - Покровская, 1777г. В ней сейчас магазин оптовой торговли - может, в память о купце Яков Васильевиче Тургасове, ее строителе?

127. "Сей знатный купец с особливым вкусом и отменным великолепием по новой архитектуре памятную церковь соорудил"...

128. Когда город впервые посетил молодой Петр I, он был так поражен богатством местных купцов, расставивших свои конторы по всей Европе, торговавших с Персией и Китаем, что приравнял их к иноземцам,

129. и по этому случаю собрал двойную пошлину.

130. Но, судя по церквям, Торопецкого богатства царево внимание

131. не подорвало. И стал XVIII век временем расцвета города.

132. Казанская ц. 1698г.

133. Спас-Преображенская ц.

134. В глубине дворов, так что сразу и не доберешься, на территории бывшего женского Ивановского монастыря, стоит

135. Иоанн-Предтеченская ц. 1703г., духом и уютом - вся еще в веке17.

136. В ней сейчас размещена какая-то кузня, звенит неторопливая

137. торопецкая жизнь, поспешает из 17-го века в 21-й.

138. А хорошо было бы все же Валере и Кате жить не в деревне, а именно здесь, в древнем и славном Торопце, где современный городской комфорт не отменил ни прежней сельской тишины, ни аромата истории, где жизнь обозрима, а церкви видятся молодежью чуть ли не ракетами

139. предков, предтечами нашего космического века.

140. Уезжая, прощаемся с торопецкими озерами. Отсюда первые славяне

141. расселились по будущей тверской земле. И мы рады были узнать, что ее первой зародышевой клеточкой был именно Торопец, русский

142. европейский город, достойный любви и гордости.

143. Путь на ХотилицыХотилицы - на дороге между Торопцом и Андреаполем, а добирались мы до них автобусом на Торопацу, и потом

144. 8 км пешком от Воскресенского через заброшенные, и потому печальные деревни. - Выходит, по главному критерию расширяющейся жизни - тверская деревня вновь не выдерживает испытания?

145. Выходит, так - раз не богатеет земля, не множится людьми, не очеловечивается благоустройством, раз гибнут в ней поля и деревни,

146. то отвращается, отдаляется от нее Божественный образ Бесконечного Человечества.

147. Но не имеем мы права на безнадежность. Уж сколько раз гибли здесь деревни, и вновь поднимались, рос числом и культурой русский люд. Уж сколько раз умирала в разрухе и деспотии тверская земля, и вновь воскресала, себя вспоминала. Наверное, опомнится и сейчас. Только кто ей в этом поможет?

148. Мы, горожане, радуемся еще не совсем заросшей дороге, каждому

149. жилому дому, каждой старушке, которая после объяснений, как идти на Хотилицы, обязательно спросит: "А к кому идете?"

150. Эти люди еще живут старой деревенской общинной связью, еще растят внуков, погружая их в естественную сферу деревенского двора, из последних сил ткут нить жизни, спасая наше будущее. Это удивительно,

151. но не более чем то, что наши девчонки, выросшие в Москве под мировые музыкальные волны, с таким интересом тянутся к старинной тверской песне: "Тверь моя губерния..."

152. Вот и Хотилицы - одно из редких еще живых и даже строящихся сел. Сюда регулярно ходит автобус из района, здесь крепкий

153. колхоз и сельсовет, две школы, клуб и несколько магазинов. На улицах играют дети, а в конце одного уличного порядка - дом

154.с кучей неразделанных дров перед ним, по которым мы безошибочно узнаем жилье московского интеллигента.

155. В этом доме, вернее, в его однокомнатной половине Валеру с семьей поселили временно, как работника школы-интерната. На 20-ти с лишним метрах расположено все: печкой отгорожена кухня, шкафом - спальня и гостиная для гостей. За небольшой прихожей - покосившийся сарай-дровянник, а за ним большой, даже огромный, но невозделанный огород. И только несколько овощных грядок...

156. Радушный хозяин поит уставших с дороги гостей цельным молоком. Выросший в послевоенной деревне, на всю жизнь сохранил он в себе восторг и уважение перед деревенским миром, перед его добротой и щедростью, бедностью, природной мудростью.

157. В самые свои трудные годы противостояния, когда все мировые голоса трубили его имя как диссидента и западника, он не переставал считать себя почвенником. Да и в тюрьме, как нам кажется, мечтал он о возвращении не просто на свободу, а еще и о деревне.

158. И вот он на свободе, в деревне за 400 км от Москвы, живет в половине пятистенка, разводит огород и поит нас молоком. Но счастлив ли? И нашел ли измечтанную общину? И смог ли стать за эти

159. полгода полезным в деле ее спасения? - Весь вечер и часть ночи мы проговорили, а утром Валерий показывал свою деревню и

160. продолжал свой рассказ... Нет, Хотилицы не так уж и благополучны. В последние годы, после ухода старого председателя, колхоз стал убыточным,

161. пьянство - жутким. Детей мало, всего 40 школьников на сотни дворов, а груднички просто наперечет. Телевизор вытеснил почти все общение. Что тут можно сделать?

162. И зреет страшный вывод, что даже здесь общая тверская душа почти мертва, и потому все безнадежно, взамен прежних правил трудовой жизни мягко, но неукоснительно внушаемых через соседские мнения и церковную проповедь даже самым разгульным односельчанам, Валерий теперь видит совсем разных и духовно разобщенных людей. Как мы поняли, он выделяет здесь два человеческих типа: общительных пьяниц и замкнутых куркулей-механизаторов. Вот на что распалась прежняя община. И оба типа не вызывает у него восторга.

163. В своей прогулке по деревне мы пытаемся чуть поколебать недоверие Валеры к куркулям - может, их замкнутость и одиночество временны, и, может, как раз и закончатся с рождением новой и более устойчивой общины. Но зато они самостоятельны и трудолюбивы,

164. И он же сам подбрасывает нам примеры: бывший бригадир долго добивался строительства пруда для купания деревни, а потом плюнул и соорудил на речке земляную плотину сам, прямо у своего дома. Теперь в этом пруду плещутся деревенские дети, и Алик Абрамкин в их числе.

165. А впрочем, бывают и смешанные типы. У магазина Валеру дружески окликнул вон тот мотоциклист. За что-то он сидел, как и многие тут. Потом разлаялся и разошелся с женой, но хозяйство ведет цепко и очень справно. Отменными вырастают у него картошка и овощи. Однако пьет, и в пьяном виде невыносим наглой назойливостью. Но не хочет Валера рвать общение даже с таким, не хочет впадать в нетерпимость, не желает убивать драгоценную ткань бессмертной человеческой приязни.

166. А вот другой пример. Мы в гостях на огороде у учителей хотилицкого интерната - бывшего директора и завуча Яков Федоровича и его супруги Александры Алексеевны. Живут они одиноко, дети давно разъехались, но как светят они добротой и радушием, скромностью, чистотой и порядочностью. Сельские интеллигенты, как бы осколок старого

167. прошлого. В прежние времена, даже не входя формально в деревенскую общину, сельские учителя, как и сельские священники, возвышали, облагораживали и расширяли культуру деревни до мировой и божественной. Конечно, сейчас многие учителя, задерганные министерскими указаниями, лишены прежней нравственней силы и авторитета или находятся в фактической изоляции - в той изоляции, которая грозит и Валерию, если он здесь все же останется.

168. Ну а почему бы им всем, хорошим людям, не объединиться, не подружиться? И неужели не настанет время, когда им будет позволено осознавать себя силой для возрождения общины?

Старая деревенская школа, а рядом - выстроена новая

169. каменная 8-летка на 200 учеников. Сейчас в ней учатся только 43 ребенка, включая и Альку. Занимались здесь и Катя с Валерием в своем фольклорном кружке. Они хотели б вернуть и начали реально возвращать

170. детям старую русскую песню, игру, танец, сказку, мечтая отогреть старую почву...

171. и были даже отмечены андреапольской газетой.

172. Недалеко от школы - больница - во флигелях бывшего усадебного дома князей Голенищевых-Кутузовых. Да-да, из того самого древненовгородского рода посадников и подвижников Невского, давших потом России и фельдмаршала.

173. Сейчас в дворцовом здании, сильно перестроенном и упрощенном наследниками, ничего нет - оно слишком велико даже для больницы, и потому, наверное, ждет его гибель от запущения.

174. Но как хорошо мечтать о его возрождении - в старом качестве центра культуры и искусств - но уже для всех. Хватит ли у кого сил домечтать об этом до дела? Мы знаем, физические силы Валеры подорваны. Но, может, его обаятельная улыбка успеет заразить кого-то из хотилицких ребятишек?

175. Сегодня его не допускают даже к преподаванию химии. Приходится выполнять несвойственную ему работу кладовщиком в интернате.

176. Проблемы,.. проблемы - и все требуют новых решений, если не хочешь плыть под откос обстоятельств. Одно утешает: перед задачей возрождения села Валерий не одинок. Возрождать надо не только общение и песни. Резервы старого трудолюбия тоже подходят к концу,

177. и пример тому на кадре. Сыродельный завод, выстроенный, может, еще в начале века, скоро придет в негодность. Заниматься таким мини-заводом Москва не может (она его просто не видит), и потому его возрождение возможно только местной инициативой, артелью, общиной.

178. Старинные коровники и конюшня превратились в полуразвалины и едва служат. Не только сами люди - стены и скот хиреют от их пьянства. Но ведь смогли же недавно созвать мирской сход, впервые за много лет советской власти, и, воспользовавшись покаянным состоянием пропившихся мужиков, провести частичный сухой закон, который и сейчас с трудом, но держится.

179. Так, может, и нынешний интернатский кладовщик, бывший заключенный и всемирно известный редактор "Поисков" сможет, окрепнув телом, вложиться в открывающиеся возможности? А мы сможем ли ему помочь?

180. Прогулка в МониноПоследние наши часы перед отъездом - экскурсия в Монино, где живут летом ритмические учителя нашей Гали.

181. Уединенное озеро, наделенное красотой и духовной энергией и прозванное Маркизовым, показывает нам Маша, как любящая хозяйка этих мест. Потом она рассказывает, как здесь разыгрываются

182. ежедневные цветовые сонаты. Подчиняясь дирижерской палочке Солнца, вступают в действо то одна, то другая музыкальная группа цветов, меняя и настроение, и самую суть, таинственную мысль почвы.

183. В письме Гале Маша писала: "Когда приехали, цветов было совсем мало в предощущении грядущего великолепия. А сейчас все

184. расцветает на глазах. Правда, купальницы и ландыши в бору - наоборот. Зато луга! Какая-то отдача себя солнцу,

185. самосожжение какое-то!

186. Славка сегодня говорит: "Луг сейчас - как алтарь! Иногда сильно

187. на рай смахивает - все полно сил, соразмерности и своеобразной красоты.

188. Их дом в заброшенной деревне, где постоянно живут лишь одна семья и еще одна старуха, да вот приезжают летом. Вроде бы отдыхать, но, по объяснениям Маши - скорее оживать у земли и собираться с духом и планами на будущий трудный сезон в городе.

189. Наше не шибко уважительнее отношение к уезжающим в глухие деревни - не для сельхозработ, а для отдыха - теперь поколеблено. Нам такой труд недоступен: ибо где взять для него воли и силы, чтобы не соскальзывать на дробящееся мелочевкой жительство?

190. Мы спрашиваем у Маши и Славы их мнение о Валериных мучениях врастания в деревню, выслушиваем сдержанные оценки совсем другого почвенника, и в ином заповедном месте - свана Михаила Хергиани, а сами думаем - что нет, тверская земля не может все же обесчеловечиться. И хотя исход деревенских людей в город еще продолжается,

191. но вот бунтующие горожане начинают возрождение. Дети земли вспоминают, и пусть не сразу и со срывами, но неудержимо возвращаются к ней.

192. До свидания, земля Тверская, до новых встреч!"

193. Заключение в Москве. В Москве мы теперь получаем письма из Хотилиц, и тем продолжаем начатый там разговор о способах преодоления, хотя бы в мыслях, нашу нетерпимость и глухоту, уродующую и душу, и землю.

194. Из нашего окна хорошо видна Коломенская ц. - одно из лучших архитектурных воплощений души наших предков. А над ней нависает светлой громадной главный Раковый корпус страны. Долгие годы мы тоже не были довольны этим соседством, оно как бы урбанизировало, омрачало, и даже кощунственно умаляло храм Вознесения. Но когда хирурги в его стенах вырвали у смерти нашего Тему, наше отношение к корпусу окрасилось благодарностью, а теперь вот рождается еще и сравнение его с одним из необходимых блоков будущее взлета к небу, уже не только духовно-церковного, а телом, реального переселения.

195. Земля была когда-то безлюдна и безвидна, как пустынен сейчас великий бескрайний Космос. Может, и так - мир пуст от человека. Но всегда так не будет. Для познающего человека нет границ. Разум бесконечен, поэтому заселит и организует всю Вселенную.

196. Когда-то на пустой земле появилась лишь горстка людей - Адам и Ева. Потомки их многими миллиардами заселили всю Землю, заселят, конечно, и Космос, если перед тем не уничтожат сами себя ядерными бомбами и нетерпимостью.

197. От науки и техники избавиться нельзя: они суть главные основы и прокормления большинства людей, и гарантия выхода для жизни в Космос. Но вместе с прогрессом рука об руку будут расти и опасности войн, болезней, едва ли не смертельного исхода для всей жизни на земле.

198. И потому так нужно, необходимо нам учиться тверской, земской терпимости. Приняв раз и навсегда, без доводов и доказательств абсолютную ценность - жизнь просто самих по себе, вечную и бесконечную. И здесь мы сходимся с Валерием, только он называет ее Сверхразумом, а я - почти молюсь на будущий очеловеченный Космос вокруг Солнца, и на план его в наших душах, на заветы предков к расширению.

199. "Конец"

Лицензия Creative Commons
Все материалы сайта sokirko.info доступны по лицензии Creative Commons «Attribution» («Атрибуция») 4.0 Всемирная.