Виктор Сокирко и Лидия Ткаченко. Диафильм ч. 3."Крым разноплеменный"

Том 7. Украина. 1971-1977гг.

Раздел 2. Крым - 73 г.

Диафильм ч. 3."Крым разноплеменный"

Смотреть онлайн
Отдельные слайды

1-2. Содержание двух первых частей: осенью 73 года мы были в Крыму, первый раз, хотя очень давно мечтали о нем.

3. За две недели мы хотели разобраться, чей Крым? - русский или татарский. Ответом стало: и татарский, и русский. Но вместе с тем и неожиданно для себя мы поняли, что проблему Крыма так решать нельзя, что такие же права на эту землю может предъявить множество других народов. Например, армяне.

4. Крым армянскийУже на второй день путешествия мы оказались у заброшенного в горах

5. армянского монастыря.

6. У нас возникло удивительное чувство, что неожиданно и сказочно мы перенеслись в приятную и дорогую страну северо-армянских монастырей.

7. Как и там - плотно подогнанные блоки каменных крыш и барабанов.

8. И тихое лесистое ущелье с небольшим ручьем. И даже ежевика. И даже Лиля в той же ежевике.

9. Монастырь сильно разрушен, хотя и чувствуется, что жизнь из него ушла сравнительно недавно. Когда и почему - не знаем.

10. Знаем только дату возникновения - 1340 г. и посвящение святому Георгию.

11. Внутри, конечно, запустение. На разрушающихся фресках масса неприличных надписей и туристских подписей, что, собственно, одно и то же. Сколько лет их видим, а все не привыкнем. Они как напоминание о культурном уроне братьев-туристов.

12. Взгляд вверх - купол еще цел, прочный.

13. И как только занесло армянских строителей в эти горы? Ведь если бы армянский монастырь - главное в те времена средоточие жизни армянского народа, то, следовательно, жил здесь и сам армянский народ.

14. Покинув свою родину из-за войн и разорения, армянские беженцы нашли здесь схожий климат и привычные лесные горы и сделали их Арменией. А, может, это исключение?

15. Но вот Ялта. Южнобережные кипарисы, и среди них огромный армянский собор. Построен каким-то армянином-богатеем. Но не для себя ведь он строил. Храм был жив и полон прихожанами григорианской веры.

16. Но вот - Феодосия - главный, и сейчас, и раньше, внешнеторговый порт Крыма. Обратите внимание - в центре Кафы красночерепичное здание армянского храма.

17. Он сделан под старину, в подражание таким тяжеловесным храмам, вроде Гаяне в Эчмиадзине, даже не забыта легкая башенка на правом плече храма. Даже стены розовые. Армянских храмов в городе осталось три, а было 19.

18. Это армянская Сергиевская церковь, теперь музей в парке Айвазовского. Вот где мы смогли немного услышать о давней жизни и деятельности армян в Крыму вообще, и в Кафе-Феодосии в частности.

19. С 14-века, с тех пор, как был прерван монгольскими и сельджукскими завоеваниями расцвет армянской торгово-ремесленной цивилизации в Киликии и самой Армении, здесь армяне составляли почти половину жителей города.

20. 6 веков жизни армян в Крыму разве не дают им права считать его своей родиной?

21-22. Рядом с музеем могила Айвазовского. Надпись на армянском и русском языках гласит о благодарности армянского народа своему сыну.

23. Но хватит об армянских правах на Крым. Поспешим навстречу с главной достопримечательностью Феодосии - остатками крепостных стен генуэзского города Кафы. Он был огромным для тех времен. Но сохранилось от него мало.

"Башня Константина"

24. Сначала турки разбирали внутрикрепостные постройки, сохраняя, однако же, стены, а при русских наступила очередь и стен. И как только эта красавица сохранилась? Случайно? Или руки не поднялись? Вот и говори после этого о непрактичности красоты.

25. Нетронутой жителями осталась лишь западная, далекая от современного городского центра часть генуэзских стен и башен. Откуда же они здесь взялись?

26. Первый город был построен греками за 6 веков до Рождества Христова. А потом им управляли боспорцы и римляне, вплоть до разрушения гуннами. Города на время не стало.

27. Но в 1266 г. сюда вернулись снова итальянцы, и тоже республиканцы, но не из воинственного Рима, а из торговой Генуи. Они купили деревушку Кафу на месте бывшей Феодосии и построили вот эту крепость.

28. Два с лишним века здесь бурлила жизнь одной из самых передовых в то время европейских держав. На бешеные прибыли от смертельно опасных торговых операций росли дворцы предприимчивых купцов и капитанов, расцветала культура, кипели политические страсти свободных людей.

29. Город был столицей черноморских генуэзских колоний вплоть до 1475 года. Осаду и штурм турецких полчищ даже эти стены не выдержали.

30. Руины генуэзской Кафы - вот они, реальные каменные свидетели европейских корней в теле великой России, западного влияния с юга. Мы видели средневековые башни в Прибалтике и Украине. И вот теперь мы видим запад здесь, в Крыму. Но смотрите, под стенами Кафы стоит древняя византийская Иоанно-Предтеченская церковь, в соседстве тесном, но не враждебном.

31. Вид православного храма в тени европейской зубчатой башни нам показался глубоко символичным, как бы свидетельством переплетения культур в преддверии России.

32. Продолжая в очередной раз совмещать в фотообъективе разнонародные, разноверные стены и храмы, мы думаем о праве на Крым всех живущих и живших на его земле народов.

33. Веками здесь жили итальянцы - римляне и генуэзцы. Так что, Крым - итальянский? Наверное. Веками здесь жили греки-византийцы, и потому часто его называют по-древнегречески - Тавридой. А немцы? Их предки - готы - тоже владели Крымом в 1-ом тысячелетии, а потом в большом числе вернулись сюда в конце прошлого века. Под именем таврических немцев-колонистов они были третьей национальной группой в Крыму после татар и русских.

34. А евреи-иудеи, особенно караимы. Недаром в 20-х годах чуть не образовалась еврейская А.О. в Крыму. Энциклопедия Эфрона методично перечисляет: "B Крыму живут: татары, русские, немцы, греки, евреи, караимы, крымчане, армяне, цыгане, болгары, эстонцы..."

35. Крым - золотое дно для археологов. Это сказано, пересказано, и мы еще раз повторяем, ведя рассказ об исчезнувших крымских городах. Вблизи Евпатории идут раскопки греческо-скифского поселения. Глазу раскрывается небольшая круглая площадка, загроможденная каменными фундаментами.

36. Парень из археологической экспедиции показал мне, как легко различаются строительные стили хозяев поселка - греков и скифотавров.

37. Действительно, с первого взгляда отличишь фундаменты греческих больших домов из правильных тесаных, плотно уложенных каменных блоков от

38. хаотической кладки тавроскифских фундаментов, к тому же меньших по размерам и более закоулистых.

39. Это различие стилей столь велико, что хочется воскликнуть: "вот очевидная иллюстрация строительного прогресса". Понятно, что греки-колонисты обладали более высокой культурой и, наверно, передавали ее местным жителям таврам. Тем более, что их вражда не исключала уважения. Недаром греки звали Крым Тавридой по имени хозяев, и если бы русские следовали этому обычаю, то они назвали бы Крым Татарией.

40. Но археолог опроверг мою догадку. "Да нет, - сказал он, - эти жилища - не тавров, а скифотавров, которые пришли сюда уже позже, на место греков, овладеть культурой тесаного камня не сумели, а может, не захотели, и строили по-своему".

41. И действительно, на греческих фундаментах сверху я вижу скифскую кладку. Боже мой! Все та же старая история, встречаемая нами совсем в иных местах и в иные времена.

42. Победители разрушают прекрасные дома побежденных и не могут или не хотят их восстановить, воспринять более высокую культуру себе же во благо.

43. Культуру греков - главный источник европейской и мировой культуры. И начинаешь понимать, как же легко мог погаснуть греческий огонек под свирепым ветром варварских завоеваний. И какое же чудо сохранило его для нас!

44. Взгляните еще раз на эти городища, на эти рядовые для Крыма развалины, на уникальный опыт частички крымской земли. И если вам когда-нибудь представится возможность поближе с ними познакомиться и поработать с крымскими археологами - не упускайте этой возможности.

45. А пока отправимся с нами в горный Крым.

46. Мы ночевали на этом озере по пути с Ай-Петри

47. к средневековому пещерному городу Мангупу.

48. Позади осталась горная дорога среди крутых ущелий,

49. тенистых лесов с деревьями, переплетенными лианами, с колючими кустарниками,

50. среди одичавших грушевых садов и великолепных зарослей кизила,

51. которым мы объедались.

52. Позади остался наш выход в знаменитый Большой каньон Крыма - глубокое ущелье,

53. с речкой, отшлифовавшей каменное русло до поразительного какого-то лунатического состояния. Прыгать по этой естественной каменной дороге было чудно и боязно, как ходить по произведению искусства.

54. Взглянешь вверх - отвесные в сотни метров скалы и небо над ними, приветливое к нам, которому мы в ответ шлем нашу радость.

55-57. Здесь, в Каньоне, мы осознали свою любовь к реальному Крыму, в целом, не только к Крыму истории и народов человеческого опыта и традиций, но и к самой крымской природе, такой удобной, разнообразной и щедрой. Нет, что ни говорите, а духовный Крым создало не только пересечение дорог. Он сам себя создал, своей природой.

58. Этот кадр я тщеславно включил для себя самого, как память, что там был, мед там пил, в ванне молодости купался, по усам текло, а в рот не попало.

59. Но вернемся к путешествию на Мангуп. На всем пути нас окружали своеобразные столовые горы, свойственные, кажется, только Крыму. С трех сторон

60. отвесные стены, а с четвертой - наклонная плоскость, плавно спускающаяся в долину. Идеальные места для крепостей.

61. И вот мы вышли к своей цели - средневековому православному княжеству Феодоро со столицей на горе Мангуп.

62. Гора Мангуп выглядит из Каролезской долины как нос корабля. Он парит над тобой. Так и кажется, что царь Феодоро увидел его снизу и выбрал за красоту и гордость.

63-64. В действительности - за неприступность.

65.Город, очерченный остатками стен, показался нам громадным. И хотя построек почти не сохранилось, но какое-то особое состояние помогало представить себе жизнь на этом прекрасном месте.

66. Возник Мангуп в начале эры, в V веке превратился в крепость. А в X веке после разгрома хазарами Эски-Кермена перенял его главную торговую роль и постепенно стал отстраиваться как столица независимого крымского государства Феодоро.

67. Согласно указателю, это дом князя Алексея, господина и владыки Феодоро и Поморья.

68. Рядом, в зарослях деревьев и кустарников руины православных греческих храмов. Зелень как будто любит исторические руины, тянется и обволакивает их, обходя равнодушием голую землю. Все это было разрушено турками в 1475 году.

69. Мангуп был первоклассной по тем временам крепостью. Он не раз выдерживал натиски монголов, но полгода турецкой осады и голода не выдержал.

70. Турки уничтожили всю мозаику независимых крымских государств - и Феодоро, и Кафу, да и сам татарский Бахчисарай. А Мангуп они превратили в свою сторожевую крепость, сохраняли и даже ремонтировали ее цитадель, а затем - в тюрьму,

71. где побывали и русские послы. И эта мрачная турецкая слава как бы затеняет светлый феодорийский колорит.

72. С Мангупа открывается прекрасный вид на горный Крым. Православный государь Феодоро мог видеть все свое государство от степей до моря и ощущать свое могущество, не меньшее, чем могущество католической Кафы и татарского мусульманского Салхата и Бахчисарая. Так велик и разнообразен был крымский мир!

73. Сами правители Мангупа соединили в себе и в своих действиях весь мир: армянские князья из Византии, они основали православное государство на бывших хазаро-иудейских готских землях (в Европе Феодоро звали не иначе, как Готией, они дружили с мусульманами-татарами и православными русскими. Сватали даже сына Ивана III к дочери мангупского государя Исаака (носитель такого имени не мог не иметь еврейской крови) и только турецкая агрессия помешала свадебным торжествам.

74. У оскверненных могильных камней мне захотелось утешить погибших и пожелать им скорого возрождения в тех детях,

75. что родят живущие в Крыму и временно изгнанные из него женщины.

76. И вот мы добрались до крайней точки Мангупа - Дырявого мыса. Здесь в добрые времена был дозорный пункт, а в недобрые - внутренняя тюрьма.

77. Мы понимаем, конечно, что пещерные помещения были только небольшой и не главной частью исторического Мангупа, что время пощадило только пещеры, и все-таки хождение по гулким залам и комнатам феодорийцев, как бы недавно оставленных и полных жизни хозяев, создает удивительное чувство сопричастности

78. к ходу времени и к самому Крыму.

79. До свидания, Феодоро.

80. Этот туристский кадр сделан уже в другой, еще более старой крепости Эски-Кермена, точнее, в ее северной, дозорной части.

81. Лиля тогда очень радовалась, как будто навестила давно не виденных друзей и нашла, что они разумно и удобно устроили свое жилище.

82. Ей особенно понравилось ходить по древним, в тысячу лет, ступеням.

83. Эски-Кермен, у которого скалы стоят как боевые башни, переживал расцвет с 6-го по 10-й век - время господства в Крыму хазар, пришедших на место готов.

84. Основой городского хозяйства были земля и виноделие. Вокруг крепости находят сейчас остатки оросительных систем, террасы с одичавшим виноградом, над восстановлением которого бьются современные нам ученые. Это была торгово-сельская республика.

85. Эски-Кермен был разрушен сначала в VIII веке хазарами-иудеями, когда они подавляли восстание православного епископа Иоанна Готского.

86. A окончательно же город погиб в 1299 году от монголов, которые сожгли все здания, а жителей почти сплошь уничтожили. С того года никто не живет на этом плато, и три столетия спустя иностранцы писали, что на месте города лежат одни развалины, которые так древни, что ни турки, ни татары, ни сами греки не знают названия их.

87-88. Мы не увидели весь Эски-Кермен. Путеводителя не было, зашли мы сюда вне плана, и дозорную часть приняли за весь город. Лиля потом очень казнилась, а я ее утешал. Всего не увидишь. Вот хотя бы такой пример: Напротив Эски-Кермена мы видели какую-то башню и даже не поднялись к ней. А сейчас жалею о Кызкуле, что по-татарски значит - девичья башня. Ведь это остатки типичного для Крыма Х-ХI века рыцарского замка со рвами, перекидными мостами, часовней и гробницами. Hy, что ж - Крым необъятен.

89. Крым караимскийКонечно, мы не могли пропустить самый знаменитый пещерный город Чуфут-Кале под Бахчисараем, что в переводе с татарского означает "Еврейская крепость".

90. Последний житель Чуфут-Кале, караимский историк Фиркович жил здесь до 1874 года. Его дом до сих пор цел.

91. Еще при Пушкине Чуфут-Кале, этот воздушный город, жил полной жизнью.

92. Меня больше всего удивили камни в естественных каменных мостовых, глубоко за века продавленные колесами повозок.

93. А впрочем, по крымским понятиям этот город не так уж и стар. Всего Х веков. Жили здесь вначале аланы-христиане и караимы-иудеи. Город вел жизнь, похожую на жизнь Эски-Кермена и других средневековых крымских городов.

94. Писанная же история города начинается со штурма его Ногаем в 1299 г. Город был взят после долгого сопротивления, его жители истреблены, а сама крепость стала одним из главных татарских укреплений в Крыму и названа была Кырк-Ор (сорок укреплений).

95. Сюда в XV веке перенес свою столицу первый крымский хан Хаджи-Гирей. И хотя его преемники уже не боялись Золотой орды и спустились жить в долину, Кырк-Ор долго оставался основной цитаделью Бахчисарая.

96. Мавзолей Джанике, дочери Тохтамыша. Татарские легенды говорят о Джанике, то как об отважной защитнице крепости, погибшей здесь от рук врага; то как о хрупкой девочке, которая принесла снизу в осажденный город воду, надорвалась и умерла, то

97. как об отважной девушке, осмелившейся любить юношу вопреки ханской воле своего грозного отца и бросившейся потом с крепостной стены. Мы не пытались узнать, какая из легенд достоверней. Они все звучали для нас равносильно вечному бытию здесь татарской любви, татарского горя, татарской культуры.

98. Сделав Кырк-Ор столицей, татары размежевались с караимами, выселив их за пределы восточной линии стен. Так эти ворота стали проходом из новой части в старую.

99. Надо сказать, что жизнь на этих улицах не была легкой. Теснота, неудобства подъездов, нехватка воды, плохая канализация - со всем этим можно было мириться лишь в обмен на безопасность. При долгом мире жители начинали покидать город.

100. С середины XVII века отсюда постепенно ушли татары, оставив город евреям и караимам. Из Кырк-Ор он превратился в еврейскую крепость Чуфут-Кале.

101. Кенасса - духовный центр караимов. Сюда водят экскурсантов и обязательно указывают им, что это не синагога, а караимы - не евреи,

102. и что даже религия их не совсем еврейская. А смысла этой надписи экскурсоводы не знают.

103. Караимы и евреи почувствовали себя в безопасности и начали выселяться из города уже после русского завоевания. Духовным центром их теперь стала Евпатория, где они снова построили свою кенассу,

104. сейчас занятую музеем. Те два дня, что мы были в Евпатории, музей был закрыт, и мы только через решетку посмотрели на эту галерею, хранящую мудрость и красоту чужой

105. неизвестной нам веры и культуры совершенно особого, чисто крымского народа.

106. Нам, правда, представляется, что духовное различие между караимами и евреями невелико, т.к. у них общая иудейская ветхозаветная вера.

107. Потому и смотрели мы на Чуфут-Кале, как на центр и главное воплощение первой мировой религии в Крыму.

108. Пещеры помогли евреям выжить, сохранить и развить свою культуру.

109. Крымская земля и камень были для них не мачехой, а настоящей матерью. И потому сегодня, оглядывая крымские дали, мы можем смело утверждать: Крым - еврейский.

110-111. Последний, виденный нами пещерный город - монастырь Инкермана близ Севастополя - монастырь в Монастырской скале.

112. А наверху стоят башни крепости Каламиты. А рядом - современность - мощные горные машины режут гору на строительные блоки, угрожая существованию и крепости, и пещерного монастыря.

113. В скале Монастырской высечено около 200 пещер в несколько ярусов, из 8 церквей, соединенных между собой ходами и лестницами.

114. Ровесник Успенскому, Инкерманский монастырь также всегда был православным. По преданию, здесь жили двое ссыльных святых: Климент, сосланный римским императором Трояном, и папа Мартин, сосланный византийским императором.

115. Поэтому монастырь нередко называли скитом двух святых Климента и Мартина.

116. Несмотря на жестокие бои в последнюю войну, в этих местах уцелел храм св.Николая, построенный в память о Крымской войне. До полного разрушения от времени ему еще далеко.

117. Монастырская скала Инкермана как бы соединила в себе несколько эпох: в самой себе она хранит память православного монастыря еще с прошлого тысячелетия, на себе несет остатки портовой крепости середины второго тысячелетия, а у подножия

118. памятник о последней войне, в которой Инкерман защищал Севастополь так же стойко, как пять сотен лет назад

119. Каламита защищала Феодорийскую Авлиту.

120. Каламита и ее порт были выходом Мангупского государства к морю и мешали монополии генуэзцев. Поэтому генуэзцы были непримиримыми врагами Каламиты, и даже воевали ее.

121. Здесь, в Инкермане, мы снова встречаемся с генуэзской политикой, с ролью итальянцев в Крыму. Она была весьма значительной, и чтобы ее оценить, давайте посмотрим генуэзские памятники в Крыму, давайте убедимся, что кроме Крыма мусульманского, православного, иудейского был еще Крым западный и католический.

122. "Крым - итальянский"Итальянцы, как и греки, пришли в Крым с моря, и потому их опорными пунктами были все те же южно-береговые порты и крепости: Чембало в Балаклаве, Галита в Ялте, Горзаниум в Гурзуфе, Алустон в Алуште, Согдайя в Судаке, Кафa в Феодосии.

123. Конечно, не все из этих крепостей сохранились, да и не везде мы были. Гурзуф. На фоне Медведь-горы утесом в море обрывается Генуэзская стена, на которой развалины крепостных башен выглядят так естественно,

124. как будто родились из скалы сами.

125. Для современного Гурзуфа они служат доказательством его древности, как старинный герб для родовитого аристократа.

126. Алушта - большой город.

127. Старую крепость он изжил, но не до конца - три башни осталось, и только одну из них мы увидели сразу.

128. Остальные пришлось искать в сложном лабиринте переулков и проходных дворов.

129. Считается, что эти башни поставлены руками византийцев Юстиниана в VII в. Они вызывают еще большее почтение, чем в Гурзуфе.

130. Помню, как долго я примеривался, чтобы сделать этот кадр, лазил по каким-то деревянным галереям жилого дома, лишь бы совместить вид башни с кистями осеннего винограда. А сейчас я думаю, что толку в этой экзотике, если мне нечего вам больше рассказать.

131. А все проклятая поверхностность и торопливость, когда нет времени ни книги хорошей об этих камнях поискать, ни людей знающих расспросить. Сами же камни языка не имеют. Они воздействуют лишь на чувства.

132. Башни Алустона, охранявшие греческий, а потом генуэзский порт, - молчаливые европейцы на этих берегах.

133. Судакскую крепость, как зовут сегодня генуэзскую Согдайю, видно задолго до того, как автобус докатит до

134. пределов города.

135. Мы видели многие города Союза. Но только здесь мы увидели башни - современники крестовых походов. И, конечно, обомлели от детского восторга,

136. забегали, засуетились, стремясь все увидеть и все потрогать, приобщиться глазом и кожей.

137. На многих башнях Согдайи еще сохранились памятные доски с полустертыми рыцарскими гербами, римскими крестами, как будто росписи рыцарей и строителей, консулов и полководцев, именами которых названы башни. Эта плита на башне консула Пасквале Джедуче.

138. А дальше стоят башни Бернабо ди Франки ди Погано, Якобо Торселло, Лукини де Фиаско Лавани, Коррадо Чикало и пр. и пр.

139. Не надо удивляться сохранности прежних имен. Ведь это Европа 13-15 веков, республиканская Италия, Европа, переходящая от эпохи крестовых походов к эпохе Возрождения.

140. Здесь, в генуэзской колонии, купеческой Согдайе, наверное, особенно сильны были элементы торговой предприимчивости и рыцарского авантюризма, жестокость в защите своей веры и обычаев сочеталось с широкой терпимостью и переимчивостью приемов от всех народов.

141. Как и во многих других местах, от Согдайи остались крепостные стены и башни. Сам же город, его генуэзские дома и католические храмы разобраны сначала на турецкие дома и мечети, потом на русские казармы. А сегодня казармы разбирают на реставрацию стен.

142. От жилых и производственных построек генуэзских купцов и ремесленников остались лишь фундаменты амбаров и хранилищ воды, давилен, кожевенных мастерских, винные подвалы.

143. Под защитой согдайских стен жил трудовой люд, родоначальник третьего сословия, прямые предки современной Европы.

144. Русские звали город Сурожем, так важно было значение этой крепости, а само Черное море некоторое время звали Сурожским.

145. Только после 15 века, когда сформировались московская и турецкая деспотии, живая связь русских людей с западным миром была совсем прервана и заменена контактами на "правительственном уровне".

146. И только нам и нашим потомкам еще предстоит восстановить живые связи людей наперекор всяческим казенным самодержавным традициям, железным занавесам и шовинистическим завесам.

147. Почти все столетие существования в Крыму генуэзских колоний и факторий, они непрерывно сражались с татарским ханством и мангупским княжеством.

148. Не стоит сегодня искать правых и виноватых. Во всякой случае, крепость подверглась несчетному количеству штурмов и осад, среди которых 10 было успешных.

149. Но что толку винить татар в набегах и вероломстве. Таков был их стиль жизни, или винить генуэзцев в жадности, разнузданности и торгашестве - без этих черт не было бы третьего сословия Европы.

150. Пять прошедших веков заставили смотреть на эти раздоры и противоречия спокойно и разносторонне, когда все участники исторической драмы оказываются правыми и неправыми одновременно. Этому учит сам Крым - живой свидетель того, как приходят и меняются на его земле различные народы, в мире или ссорах, но обогащают друг друга обычаями и культурой.

151. Примите напоследок одно сравнение. Палящее солнце, а от него синее море и выжженное небо, зубчатые башни, белый купол мечети, гербы крестоносцев - все это напоминает нам Палестину, ее судьбу.

152. Синь Средиземноморья, ливанские кедры, братья крымских сосен. Палестина - земля споров трех мировых религий, тоже родина и судьба многих народов, тоже терпит ссоры и битвы народов из-за земли обетованной.

153. Земля обетованная - подходящее название и для нашего Крыма. Это земля обетованная для множества народов, для всего человечества, всех людей, как и Палестина.

154. В 1475 году Согдайю штурмовали в последний раз, но уже не крымские татары, а янычары блистательной Порты. Штурмовали успешно, ибо после падения Константинополя судьба генуэзских колоний и вообще европейцев на Черном море была решена на столетия.

155. Турки, взяв город, попытались сделать его мусульманским, выжечь иноверческий дух, совершив тем самым в первый раз кастрацию духа Крыма. Сделать Крым мусульманским навсегда им не удалось. В нашем веке другие кастраторы попытались лишить Крым мусульманства и частично еврейства. Можно быть уверенным, им это - тоже не удастся!

156. Защищая город в свой последний бой и покидая оборонительные пояса, согдайцы-генуэзцы отступили, наконец, вдоль стен к самой верхней дозорной башне.

157. Но, достигнув ее, штурмовики-янычары не обнаружили защитников: таково уж свойство этих европейских мещан и купчишек, не желают зря отдавать свои жизни.

158. Воспользовавшись подземным ходом, они спустились к морю, сели на корабли и отчалили от родной Согдайи, от любимого Крыма.

159. Скольким народам приходилось покидать ставший родиной Крымский берег Сколько людей пережило щемящее чувство тоски по родине. У скольких людей эта тоска и стремление осталась в крови - об этом никто не знает. Покидали итальянцы в 1475 году, покидали греки в 1775, покидали русские в 1941-42 годах, покидали татары в 1944 г.

160. Оставался сам Крым, крымская земля запоминает опыт и предания своих народов, живших на ней, и тем самым постоянно зовет своих сынов обратно и возбуждает в них к себе устойчивую любовь. И мы среди этих людей не исключение.

161-163. Мы любим тебя, Крым.

Лицензия Creative Commons
Все материалы сайта sokirko.info доступны по лицензии Creative Commons «Attribution» («Атрибуция») 4.0 Всемирная.