Виктор Сокирко и Лидия Ткаченко. Русское деревянное зодчество (Кижи)

Том 5. Север - Сибирь.  1967-1978гг.

"Русское деревянное зодчество (Кижи)"

Пояснение.В заголовке почти каждой нашей темы стоит туризм. Причем туризм не только большой, но и воскресный. Так и северные диафильмы начались с туристского любопытства к деревянным, северного типа церквям, а кончились расколом, как предтечей капитализма. "Начались туризмом, а кончались капитализмом".

Правда, в диафильме "Кижи" до капитализма пока еще очень и очень далеко. Даже к монастырскому коммунизму здесь сделаны лишь первые шаги. И мне самому интересно следить за невинным в начале развитием заданной храмами темы.

Туризм - это первоначальная жажда почти случайных впечатлений. Найти между ними связь необходимо для интересного рассказа. В такой диафильмовской обработке туристских впечатлений и заключается первый и решающий шаг в нашем деле. Первый шаг - самый трудный. Вот почему я так ценю Лилину мысль о Сергии Радонежском, родоначальнике великорусской монастырской традиции, сохранившейся только в древних стенах, а также в наших коммунистических или христианских душах. От этой мысли развился едва ли не основной тезис этой части.

Правда, в диафильме "Кижи" заглавной мыслью звучит иное. Ведь мы включили в него все виденные до сих пор кадры деревянных церквей, не исключая и свезенных в городские музеи. Объединить их нам помогла только история нашего знакомства, любви и горечи от частой гибели деревянных храмов, как от гибели одушевленных существ. Именно здесь я впервые решился на прямое одушевление старых зданий, на отождествление гибели храма и гибели человека. У меня тогда за душой не было личного опыта соприкосновения со смертью, кроме как похорон Славы Цепелева, погибшего на Ушбе. Я много раз пытался справиться с описанием этой муки - но ничего не выходило. Наверное, я просто ошибся, и не способен на развернутое описание, а здесь вот, в общей теме гибели человеческих храмов - это горе выплеснулось.

Но не только чувство виновато в столь "рискованных параллелях". Я верил и верю в истинность таких утверждений, в них - моя материалистическая вера...

Да, кстати. Диафильм кончается осмеянием плановых туристов, от которых страшно устают экскурсоводы. И все же этот выпад несправедлив. Любое любопытство, даже примитивное, заслуживает уважения. Диафильм сейчас не переделаешь - слишком много мороки. Да и не стоит: тогда я был таким. А сейчас я с удовольствием воспользуюсь случаем и отрекусь от последней части фильма.

Смотреть онлайн
Отдельные слайды

1. Русское деревянное зодчество ("Кижи")

2. Как античная скульптура Древней Греции является вершиной мировой скульптуры, как готические храмы Европы являются вершиной каменной церковной архитектуры,

3-4.так деревянные русские церкви есть и навсегда останутся непревзойденной вершиной мирового деревянного зодчества.

5. Потому, может быть, такое действие производят эти гигантские создания, что на каждом вершке их задержалась теплая, всегда немного дрожащая рука, отраженный свет глаз строителя.

6, 7.

8.Вначале был туризм

9-9a-10.

11. Сначала в памяти оставались лишь путевке эпизоды.

12. Но постепенно взгляд стал объемней, стал чувствовать красоту природы.

12a. А потом стала замечаться также и неяркая красота русских изб с кружевной резьбой старого дерева.

13-15.

16. Искусствоведы находят в резьбе по дереву массу смысла,

17.они объясняют мотивы сказочных драконов, языческих солнц и многое другое.

18. Но, впитывая в себя эти сведения, чувствуешь еще больший голод по знанию.

19-19a. Эта логикa ведет к тому, что туристы начинают сами искать встреч с потемневшими от дождей деревянными кружевами.

20. А встречи могут быть даже в городе. В московской усадьбе Кусково увлеченные деревом могут пройти мимо знаменитых каменных скульптур.

21. Но расцвести взглядом при виде деревянного царского домика.

21a. И даже в Загорском музее наибольшее удовольствие им доставит зал деревянного творчества.

22. А сколько таких музеев есть еще: в Абрамцево, в Коломенском...

23. где недалеко от архангельского домика Петра I стоит башня Карельского монастыря.

24. У других интерес к дереву зародится, например, с поездки в Суздаль и встречи с солоухинской Никольской церковью из села Глотова. Такая встреча - как любовь с первого взгляда, как открытие.

25. Считается, что деревянные церкви - лучшее, что создал русский народ.

26. Разве это островерхое чудо в Ипатьевском монастыре не убеждает? Перед такой церковью хочется как-то выпрямиться, чтобы быть ей под стать.

27. Присмотритесь, из каких простых объемов она состоит. Это же всего лишь три деревянных сруба, трапезная, сама церковь и апсида, да еще галерея. Это ведь самая обычная клетская церковь - самая древняя и простая форма и, тем не менее, самая выразительная. Но как выбрал мастер эти объемы, какой крышей покрыл, какого взлета жаждала его душа - вот что удивительно.

28. Церковь на столбах, потому что место, где она стояла до перевозки, было низкое, затопляемое по весне.

29. А получился какой эффект? Как будто она поднялась на цыпочки, как большая птица, еще миг - и взлетит. Да, нам бы понять и разбудить в себе те чувства, что владели мастерами-строителями, сберечь и передать детям.

30. В Костромском музее деревянного зодчества можно увидеть и деревенские бани, и избы, и даже хозяйственные постройки, вроде этого ветряка. Еще недавно Север России был страной дерева, где все, от богатых хором до двигателей, было из дерева.

31. Лес определял быт: хоронил от недуга, давал пищу - и мясом, и ягодой, давал деньги - шкурами зверей, давал деревья для всяких построек и поделок. Он был всемогущ - он карал и миловал. В нем жили лешие и ведьмы, которые заводили человека в болото и насылали на безоружного хищных зверей. Жизнь в лесу даже для наших современников - это совсем не то, что для нас поехать в лес на воскресенье, или даже в отпуск. Это среда. И с лесом нередко приходилось воевать, отнимая трудом жестоким клочки земли для посевов.

32. Но вернемся в Кострому, в музей деревянного зодчества.

33. Рядом с обычным деревенским домом стоит церквушка пятиглавка. Выбирай сам, что тебе больше нравится.

34. Кому что, а вот мальчишке больше нравишься ты, дядя-фотограф, с такими красивыми стеклами и блестящими винтиками на аппарате. Но так уж будет, что ты, дядя-фотограф, исчезнешь из мальчишечьей памяти через двадцать минут,

35.а эта лемеховая гроздь наверняка сыграет немалую роль в воспитании его эстетического вкуса, представлений о красоте и искусстве. И окажется, что плотник, живший 200 лет назад, повлияет на мальчишку больше, чем многие нынешние дяди, вместе взятые.

36. Мало деревянных церквей сохранилось вблизи Москвы. У Ростова на реке Ишне стоит Богословская церковь. Такие церкви называются ярусными, и все они поздние.

37. Утеряна одухотворенность у этих церквей. И даже красивые воротники у главок и над всеми ярусами, как в этой церкви в Мелихове, близ усадьбы Чехова, не спасают.

38. В искусствоведческих книгах, которых, конечно, не минуют люди, зараженные страстью к познанию русского дерева, вы увидите, что наиболее сильные симпатии отданы шатровым храмам. Вблизи Москвы их нет, и вам невольно придется их изучать по синим картинкам старых книг.

39. Шатровый храм - венец достижения в смысле практического удобства и красоты. Он мог быть огромным и по высоте, и по вместительности, свободно пропускал к своему подножию приделы, был более устойчив при осадке здания и при сопротивлении северным ветрам.

40. Дерево недолговечно, и чтобы сберечь стены сруба от дождевой воды, придумали павалы, а силуэт от этого только выиграл. Никто не знает, когда появились бочонки над апсидой. Может, это видоизмененные закомары. Но они стали лучшим украшением деревянных церквей.

41. Вот какое сложное сооружение - ворота, крыльцо, шатровая колокольня, трапезная и сама церковь.

42. Но, чтобы увидеть деревянный шатер в натуре, своими глазами, придется брать отпуск и ехать далеко от Москвы, по крайней мере, не ближе Вологды. Шатер этой церкви, что стоит в Прилуцком монастыре близ города, весь в лемехе, этих осиновых дощечках, потемневших от времени.

42а. На кадре не видно, а тогда, в солнечных лучах, лемех взаправду блестел, как старое серебро. Жаль, что храмом можно любоваться только издали, так как в монастыре идет реставрация.

43. А эта церковь стоит близ Новгорода. Конечно, она перенесена на несоответствующее ей голое место, где ее высота, островерхость, призванные обозначать в глухих лесах для всех добрых людей божье место, сейчас выглядят ненужной долговязостью.

44. А как она выглядела, окруженная деревьями, можно себе представить даже по ее соседке - клетской церкви. Даже эти редкие сосны выявляют и ее высоту, и стройность.

45. Чутье северных мастеров - где срубить дерево, где заложить погост - было безукоризненным.

46. И нет никакой надежды, что сейчас или в будущем кто-то сможет это сделать лучше, ибо бессмысленно ожидать, что в будущем человек станет ближе к природе, вернее чувствовать и понимать сердцем жизнь дерева и леса, чем создатели деревянных сказов.

47. Туда, где они еще стоят в естестве, потянет вас, на Север, в Карелию или на Печору, Онегу, Двину, в край бурных рек и белых озер,

48.край, где нетронутая природа в немногих, совсем немногих местах одухотворена единственной вертикалью старой деревянной церкви...

49. в край заброшенных деревень и дряхлеющих погостов.

50. Вы пойдете от одной карельской деревни до другой,

51. что смотрят пустыми окнами на вечно живое озеро.

53. Вы пойдете от одного погоста к другому, что стоят всегда на некотором удалении от деревни, и чтобы мертвых не тревожить, да и от пожаров подальше.

53а. Ваши эстетические чувства будут, наконец-то, полностью удовлетворены этим сочетанием вековых елей и островерхого шатра на берегу серого Онего.

54-55.

56. А если вы попадете на реку Онегу, то встретитесь с совсем необычными церквями. Церкви такого типа, кубоватые или ковчеговые, появились после запрещения шатровых, когда понадобилось разместить пять глав.

57. В селе Гора стоит даже девятиглавка.

58. И в Бережне-Дуброве тоже девять глав. Маленькие маковки здесь стоят на бочонках,

59. и получилась этакая роскошная гроздь маковок.

60. Но на Севере вам придется испытать не только радость, но и грусть темного дерева, погибающего в суровом краю.

61. И не дай вам Бог не откликнуться сердцем на эту печаль погибающего дерева. Каждая из церквушек - это не только труд народа, это выражение его души, всего лучшего и светлого в ней, и радости жизни, и величия скорби. Как мало их осталось, даже в сравнении с сорок третьим годом. Надо спешить.

62. Пока еще стоит показанный в начале фильма храм в Кондопоге, или вот эта Успенская церковь в Кеми.

63. Но вот в Шуерацкое или в Шую можно уже не ездить. Поздно.

54. Сколько их погибло, и просто от серости, от старости и неухода, и от руки невежественных потомков, и...

65.от грозных, всеуничтожающих пожаров.

66-69

70. Горечь гибели человечьих душ в этих деревянных зданиях трудно понять людям, не успевшим хоть раз соприкоснуться со смертью во всей ее простоте и ужасающей бессмысленности. И, наверное, понять смерть могут лишь люди, пережившие гибель близкого товарища, как свою.

71. Лишь эту муку, это бессилие - ни помочь, ни спасти, ни предостеречь, ни отсоветовать, ни исправить - все бесполезно, мертво, безжизненно - в самом начале.

72. Тебе не забыть первые дни после гибели Славы, когда не только сердце, но и ум отказывались понимать, верить... Невозможно вытравить из памяти черные дни, когда он прилетел в Москву, и как в ящике из белых досок ехал в родное Перхушково, и как охнула мать, и вид отца, и тяжесть гроба в пути, и орава приторно сочувствующих, и вязкая глина, и сухая неподвижность немой Гали.

73. А потом... эта нервная разрядка на Воре и Угре,

74.эта истерия внезапного смеха, вперемежку с заумьем словесного бреда, Ушба, плывущая Угрой.

75. Это начинающееся сумасшествие, бороться с которым можно было лишь тяжелой греблей по семьдесят километров в день.

76. Кресты... А ведь каждый из них - тоже погибший человек, тоже горе родных, тоже тяжесть памяти и просветленность незабывающего сердца.

77. Кресты, кресты, а над ними, общей свечой погибшим, главным крестом для всех человеков, общей грустью и общей радостью, да, радостью жизни, той, что идет, идет через тернии и страданья к звездам, - стоит храм божий.

78. Но не верим мы ни в небо, ни в Божью благодать, ни в вечное спасение. Нет Бога. И лишь природа может понять тоску жизни перед смертью.

79.Только ей подстать одежда траурного заката, ибо она умирает ежегодно.

80. И она совсем даже неравнодушна к людям. Она сурова, это правда. И совсем не сентиментальна. Но только она способна исцелить и утешить.

81. Она, эта природа, очеловеченная предками, грустит о быстротекущей жизни, величии смерти и легкости забвенья.

82,84,85.

86. Разве дерево не живет? Разве оно не дышит, не борется за место под солнцем, как эта береза в борьбе с елями?

87.И разве листва не умирает каждой осенью, чтобы возродиться весной?

88-89.

90. Но верь весне! Ее промчится гений, /Опять теплом и жизнею дыша.

Для ясных дней, для новых откровений /Переболит скорбящая душа.

91. А разве человеческое творчество не живет, не опирается на заботу народа, на его любовь и память, как дерево уходит корнями в землю? И разве это воплощение народного духа обречено только на уничтожение? И не ждет их возрождение?

92. "Ты верь весне..."

93-94.

95. Но только тот, кто любит землю, кто понимает жизнь растений...

96. кто способен радоваться своим друзьям-животным,. кто закален в огне страданий,

97 наверное, лишь тому раскроется красота народной души, запечатленная в темном силуэте деревянных строений.

98. Конечно, можно ходить по земле, обходиться без свиданий с лесом и реками, не задумываться о жизни и смерти, не знать быта растений и животных, в конце концов, можно ничего не знать и не делать...

99. а купить путевку на туристский теплоход Волго-Балта и приехать сразу на Кижи. О, Кижи, очаровательное местечко, и для интересующихся оно может быть весьма полезным.

100. Вместе с другими экскурсантами вы прослушаете часовую лекцию и узнаете много всякой всячины

101. и о кижском восстании олонецких крестьян под руководством Клима Соболева,

102. и о крестьянском быте, целиком базирующемся на дереве, как первом материале. Осмотрите амбары, жилые комнаты, деревянные грабли и берестяные лукошки.

103. Поймете, какой дом выстроен кошелем, какой глаголем, а какой брусом.

104. Между прочим, любой экскурсовод обязательно обратит ваше внимание на эстетический вид этого амбара

105.и на высокий КПД деревенской мельницы.

106. Здесь легко можно заставить себя разобраться в типах церквей и часовен. Усвоить, что высокие строились среди холмистой местности,

108. а для поля было вполне достаточно низкой часовни.

108а. Тут можно даже сфотографироваться на фоне этих экзотических избушек.

И даже пройтись внутри их, с трудом подавляя зевоту при виде темных икон, знаменитых икон работы мастеров карельской школы.

109. В конце концов, при желании можно вообще запомнить несколько разделов путеводителя и чувствовать себя знатоком и эрудитом. И все же не увидеть души дерева, не понять труда художника и не почувствовать настоящей радости. Можно!

110. Так не надо - ездить в Кижи. Ну, зачем тратить зря время и деньги.

111.От слепоты и равнодушия они нас не излечат, а путеводитель можно и дома прочесть. Не будем мучить экскурсоводов.

112. Оставим Кижи - людям с сердцем, вмещающим все страдания и радости, с глазами, жадно открытыми перед красотой родной земли.

113-123.

Лицензия Creative Commons
Все материалы сайта sokirko.info доступны по лицензии Creative Commons «Attribution» («Атрибуция») 4.0 Всемирная.